Дети крови и костей

Богам ведь известно: без нее я с этим не справлюсь.

– Просто помоги мне, – повторяю снова. – Ран ми лово. Пожалуйста. И береги папу. Неважно, что случится, просто пусть они с Мамой Агбой не пострадают.

Не зная, что еще сказать, я склоняю голову. Сквозь сон чувствую, как моя молитва поднимается в небо. Смакую капельку удовлетворения, которое эта мысль мне приносит, поднимая над болью, страхом, тоской, и держусь за нее, пока она совсем не убаюкивает меня.

* * *

Я просыпаюсь и понимаю: что-то не так.

Чувствую себя странно, не как обычно.

Приподнимаюсь, ожидая увидеть спящую Найлу, но ее нигде нет. Лес исчез – ни мха, ни деревьев. Я нахожусь среди огромных тростников, в которых гудит ветер.

– Что это? – шепчу я, ослепленная реальностью происходящего и ярким светом. Смотрю на свои руки и в изумлении поднимаю голову. На моей коже больше нет ни шрамов, ни ожогов. Она чистая, словно в день моего рождения.

Я – в бескрайнем тростниковом поле.

Стебли и листья возвышаются надо мной, даже когда я поднимаюсь на ноги.

Вдалеке растения сливаются в смутную полосу, растворяясь в белизне горизонта. Ощущение, как будто я блуждаю по незаконченной картине, потерявшаяся среди нарисованных тростников.

Это не бодрствование, но и не сон. Я плыву в магическом мире на грани яви и грез. Грязь хлюпает у меня под ногами, когда я бреду среди причудливых растений. Минуты тянутся, как часы, но мне нравится быть в этой дымке.

Воздух здесь прохладный и свежий, словно в горах Ибадана, где прошло мое детство. Может, это святилище, думаю я. Отдых, дарованный богами.

Я уже готова принять эту мысль, но вдруг ощущаю чужое присутствие. Сердце замирает. Оборачиваюсь, и дыхание спирает, когда я понимаю, кто передо мной.

Узнаю этот огонь в янтарных глазах и взгляд, который никогда не забуду. Передо мной стоит он – безоружный и уже не окруженный волнами пламени. Я замечаю мускулы, проступающие под его кожей, вижу лицо цвета светлой меди и странную белую прядь в волосах.

Сейчас, когда он неподвижен, сходство с Амари кажется мне настолько очевидным, что его невозможно не заметить. Он не просто капитан…

Принц.

Он смотрит на меня так, словно я труп, восставший из могилы. А потом сжимает кулаки:

– Немедленно выпусти меня из этой тюрьмы!

– Выпустить тебя? – Мои брови от удивления ползут вверх.