Господа Игры, том 1

И Тан снова захихикал…

Гудрун понимала, что Горан подкинул ей непростую задачу. Задачу, которая имела все шансы стать проблемой. Она еще несколько раз стукнула уголком конверта по столу и вызвала секретаршу.

Когда девушка просочилась в кабинет, Гудрун передала ей конверт. Он был абсолютно белым, без единой надписи.

– Передашь Горану. Срочно. Ищи его где хочешь, Эрна. Я на тебя надеюсь. Доложишь, как выполнишь. Свободна.

Когда дверь за Эрной бесшумно закрылась, Гудрун достала из пачки последнюю сигарету и затянулась.

Девушка была похожа на раритетную фарфоровую куклу. У нее были золотые локоны, голубые глаза, чуть прикрытые длинными густыми ресницами, легкий румянец на щеках и едва приоткрытые влажные губы, за которыми угадывались идеально белые зубки. Девушка танцевала: красиво, легко, самозабвенно, чуть касаясь ногами пола, почти порхая над ним. Светлое шифоновое платье оплетало ее стан, а когда она приподнимала руки, обнажало белые тонкие запястья с голубыми ниточками вен. Когда девушка замирала перед тем, как сделать очередное плавное движение, было видно, как опускается и поднимается ее аккуратная маленькая грудь.

Девушка была совершенно гармонична, и Макс не мог отвести взгляд, наслаждаясь ее танцем и совершенно забыв о том, что она была мертва уже неделю.

Когда отпущенное ей время вышло, Тайра заставила девушку лечь на холодный железный стол, вытянуть руки вдоль тела и смежить веки.

На некоторое время настала полная тишина, прерываемая лишь шорохом ручки, которой Тайра что-то писала в карте препарата.

Макс наблюдал за ней, краем глаза следя за мертвой девушкой, одновременно надеясь и боясь, что сейчас она снова встанет и продолжит свой чарующий танец.

Девушка менялась. Макс знал, что Тайре не нравились резкие перемены, она отпускала заклинания медленно, заново привыкая к стандартному виду препарата. Он увидел, как постепенно исчез с ее щек румянец, лицо побелело и приобрело желтоватый оттенок, золотые локоны потускнели и стали напоминать парик, губы высохли и посинели.

Макс почувствовал внутреннюю дрожь, какая всегда пробирала его в присутствии трупов, и его передернуло от алогичного глубинного страха. Он подошел к Тайре и взглянул на заполняемую ею карту через ее плечо.

– Это просто кошмар какой-то, – сказал он, замечая, что все еще продолжает морщиться от страха и отвращения.

– Я тебе говорила, чтобы ты не смотрел, – не отрываясь от письма, ответила Тайра. – Мне тоже это удовольствия не доставляет.