Господа Игры, том 1

Аутопсия куда лучше.

– Лучше копаться в препарате? Во внутренностях?

– Да. Потому что это нормально. Препарат должен лежать спокойно. Ненормально, когда он встает и начинает танцевать посреди мертвятника. Только у меня задание – заставить препарат следовать своей памяти тела. Я и не знала, что девушка при жизни танцевала.

– Это сложно? Заставить мертвого двигаться?

– Это легко. Ты же сам двигаешься и знаешь физику движений. Знаешь все энергетические каналы, куда силу направлять… Сложно запустить внутренние процессы, чтобы препарат был как живой.

– И что самое сложное в этом? – продолжал пытать ее Макс.

– Взгляд. У живого человека в глазах не одно чувство или эмоция, а целый набор, и ты должен все это отразить, заставить препарат чувствовать. Когда я училась с глазами работать, они мне год по ночам снились. Я в холодном поту просыпалась от их взглядов, – Тайра вздохнула, и Макс увидел, как ей неприятны эти воспоминания. – Ты смотрел в глаза ушедшим? А ты должен смотреть, чтобы сделать эти глаза живыми.

– И зачем ?т Хоофт заставляет тебя это делать?

– Странный вопрос, – Тайра закрыла карту и отложила ее на угол стола. – Я должна это уметь, я же некрос.

– Но он же понимает, как тебе это неприятно?

– Его, мой лорд, поверь, это тоже не радует, – скривилась Тайра. – Любому нормальному человеку не по себе, если препарат встает и начинает двигаться и говорить.

– Ты можешь заставить его говорить? Это, наверное, проще, чем заставить меня замолчать в иные моменты, – он усмехнулся, и Тайра улыбнулась ему в ответ.

– В смысле?

– Ну, ты теперь сваливаешь в Торхильдфиорд, – печально констатировал он. – Мне Ректор наказал за тобой присматривать, у Хат-Хас же научно-исследовательский центр в Му-и-Ране, это там недалеко. Та же Норвегия.

– Очаровательно. Меня еще не приняли, а Ректор уже указания раздает.

– Ты не ответила, – напомнил Макс.

– Мне сложно представить, как это все будет. Полдня там, полдня здесь, по вечерам порция сэра хет Хоофта, по выходным – живодерня Гюнтера. Еще и разница в часовых поясах… Я боюсь, мой лорд.

– Я тоже. Боюсь, что ты повернешься со своей учебой, у некромантесс вообще крыша едет легко, если верить книгам. Кто тогда станет со мной общаться?

– Я и стану, зато представь, как тебе будет интересно.

– Нашла над чем шутить, – упрекнул ее Макс.