Ткань Ишанкара

– Ты поэтому такая грустная?

Тайра знала, что если сейчас скажет хоть слово, то разревется и навряд ли сумеет остановиться, и поэтому просто опустила голову, стараясь не смотреть другу в лицо.

– Бери пример с Хи, – порекомендовал Ильхан. – Вот уж кто умеет радоваться каждой фигне. Не девчонка, а танк!

Тайра постаралась улыбнуться.

– Я не боюсь смерти, – сказал Ильхан. – Жалко только сестру оставлять. Она добрая, мы с ней даже и не ругались, как положено. И с музыкой жаль, что не получилось… Но я играл джаз на сцене консерватории.

Может, Бог захотел послушать меня поближе, – пошутил он.

Тайра почувствовала, как по правой щеке покатилась слезинка. Она попыталась вытереть ее, и еще одну, но это было только начало: слезы и не собирались останавливаться.

– А я счастливый человек, оказывается, – слабо улыбнулся Ильхан. – Еще не умер, а любимая девушка уже оплакивает меня.

Пальцы были мокрыми и почему-то холодными, будто их намочило осенним ливнем, Тайра вытирала их о платье, но избавиться от слез не получалось, получалось только размазать их по лицу.

Ильхан дал ей поплакать, а потом попросил:

– Обещай, что вы с Хи не бросите Аишу. Без вас в школе ей будет тяжело.

Тайра всхлипнула, стараясь успокоиться и ответить «обещаю», но получилось дергано и невнятно.

– И что прочитаешь «Семейство Имрана», когда меня похоронят. И никогда не будешь сидеть с Юркой – он все будет у тебя списывать.

Тайра улыбнулась сквозь слезы.

– Сестра говорит, ты можешь разговаривать с мертвыми.

Когда я умру, ты будешь со мной говорить?

Тайра отрицательно покачала головой.

– Почему?

– Нельзя, – ответила Тайра, понимая, что отпираться бесполезно. – Ты попадешь в свет, а таким, как я, нельзя тревожить тех, кто покоится с миром.

– Жаль, – грустно вздохнул Ильхан. – Сестра говорит, ты боишься себя, иначе давно уже была бы настоящей волшебницей. Она говорит, ты думаешь, что это грех, но ты не бойся. Если Аллах повелел тебе хранить тайны смерти, на то его воля. Даже шайтан ничего не делает того, что не ведомо Аллаху.

Ты только всегда помни, кто ты есть, и шайтан никогда не завладеет твоей душой. Отец так говорит, – с уважением сказал Ильхан.

Тайра в очередной раз вытерла руки о платье и подумала, что если бы не его страсть к музыке, он мог бы стать хорошим проповедником.

– Ну пока что ли… Передай привет Хи. Я устал. Буду спать.

Тайра встала и, вытирая щеки, пошла к дому. В прохладном коридоре она встретила дядю Муззафара.