Ткань Ишанкара

– Какой у нее постэффект?

– Сэр ?т Хоофт? – не поверил Горан и включил подсветку на наручных часах. – Сейчас пять утра!

– Спасибо, что сообщил, – поблагодарил ?т Хоофт. – Но я в курсе. Для будущего Ректора Ишанкара ты что-то медленно соображаешь.

– Так ведь пять утра. Я спал.

– Ты уже проснулся, – внушил ему маг. – Так какой у нее постэффект?

– У нее должен быть постэффект?

– Значит, тебе это неизвестно, – задумчиво произнес ?т Хоофт.

– Не хотите у нее сами спросить? – Горан пошел ва-банк, боясь, что совершил страшную ошибку.

Хет Хоофт на том конце замолчал, не ожидая такой атаки.

– Сэр ?т Хоофт? – осторожно позвал Горан.

– Координаты, – потребовал маг.

– Что? – не понял Горан.

– Ее. Координаты. Горан. Скажи мне. Пожалуйста, – раздельно произнес ?т Хоофт.

Горан скрестил пальцы на левой руке и ими же и перекрестился.

Время учеников

Год 38-й ректорства сэра Котцы, лето

Хидамари опаздывала. Она опаздывала всегда, обижаться было бесполезно, и поэтому Тайра назначала время со скидкой на эту ее вредную привычку, но сегодня Хи опаздывала уже минут на сорок.

Тайра подумала, что подождет еще немного, а потом пойдет домой, но вставать с бортика фонтана и выбираться из-под прохладных брызг на жаркое июльское солнце ужасно не хотелось, так что приходилось признать, что у Хи еще был шанс застать ее на месте встречи.

Тайра подумала, что не особо расстроится, если Хи не придет.

Гораздо больше ее печалило то, что она уже давно не виделась с Гораном.

Жизнь без Горана стала казаться пустой и скучной. Июль подходил к концу, а Тайра уже жалела, что до начала учебного года еще месяц. Все ее дни были заполнены ожиданием: Горан обещал, что придет, как только у него появятся новости, но, наверное, никаких новостей не было.

В целом, если не считать Горана, жизнь текла так же, как и год назад. Июль был солнечным и жарким, мороженое по сравнению с прошлым летом подорожало на треть, качели в парке снова выкрасили в противный зеленый цвет.

Правда, ни мороженое, ни качели не стали от этого хуже, но Хидамари не переставала ругать все, на что падал ее взгляд. Тайра пропускала большинство ее слов мимо ушей. Аишу, как бывало каждое лето, на месяц отправили к бабушке в горы, так что приходилось терпеть Хи даже тогда, когда она несла полную чушь про американцев, пришельцев и анимэ.