Тардрагон. Созданные смертью

– Будь осторожна, играя против власти.

Я зажмурилась. Против власти? Никогда. Только во имя власти, и никак иначе. Только власть имеющие этого не понимали. В понимании всех остальных «быть против определённого человека» равнялось понятию «быть против власти». И как в таком мире можно было свободно рассуждать и что-то делать?..

Марк резко отстранился, схватив меня за руку и развернув к себе. Скольких усилий стоило взглянуть на него и выдержать холод стальных серых глаз.

– Собирайся. – Так властно и чётко. – Едем знакомиться с командой.

***

Королевский дилижанс остановился у ворот академии.

Всю дорогу мы с Марком молчали. Он не затрагивал тему пленника, и я не пыталась завести разговор о чём-либо. Колман знал о Трэвисе, и вероятно, напрямую от Аластера. И, конечно, о том, кто увёл у них из-под носа наследного принца, парень обязательно сообщит регенту королевы, своему главнокомандующему. Ничто его не переубедит. А я и не стала пытаться. Даже если бы он пообещал сохранить это втайне, что, конечно, маловероятно, я бы ему не поверила.

И никому не поверила бы. В моём окружении мало существовало людей, которым я могла бы доверить какой-то секрет.

Но даже зная правду, или просто о ней догадываясь, Марк не вызвал стражу, не донёс принцу, а спокойно вывез меня из дворца под предлогом знакомства с командой Орион. Сегодня всё решится – нас либо уволят за нарушение Закона Вадрахана и военного Устава, либо даже не тронут, проигнорировав наш поступок. Последнее казалось абсолютно невозможным.

Сомневалась я, что Марк будет поддерживать нас. Не вызывал он доверия. Он родился в Шактахане, вадраханцы пригласили его в ряды гвардии, выделив не самый последний пост. Кто захотел бы рисковать репутацией и хорошим положением ради кучки глупцов, нарушивших Устав?

Работники академии открыли ворота, пропуская нас на территорию. Марк, выбравшись из повозки, что-то сказал им. Я не расслышала его фразу, но даже не стала сомневаться в том, что высказал он не просьбу. Приказ. Вернувшись, Колман запрыгнул обратно в повозку, усаживаясь рядом со мной.

Дилижанс тронулся, заезжая на территорию Академии. Когда повозка с лошадьми свернула направо, я поняла, что мы движемся на задний двор. Или к конюшням. Это логичней.

Как только дилижанс останавился, передо мной открылся вид на тренировочное поле. Я повернулась к Марку, пытаясь по его лицу понять, что он задумал и о чём просил работников академии. Но сосредоточенный взгляд капитана был устремлён в окно.