В объятиях сердца

И эта её первая за весь сегодняшний день улыбка вместе с поведением озорного ребёнка не только заставляют меня улыбаться, как придурка, но и немного смягчают едкий осадок в груди после нашего неприятного разговора.

Я хочу всегда видеть её именно такой – лёгкой, непринуждённой, не думающей о плохом и радующейся таким мелочам, как прибрежный песок. И если первое время придётся подглядывать только издалека, то я готов пойти на это. Не знаю, правда, где найду столько терпения и выдержки, но мне нужно это как-то осилить.

Нельзя напирать на неё как бульдозер и уж тем более опять к чему-то принуждать.

Полежав в песке минут десять и извалявшись в нём как тесто в муке, Лина наконец вспоминает о самом главном – море.

Ловко вскакивает, неуклюже бежит по песку, пару раз чуть не падая, и со всего разбега влетает в воду, тут же встречаясь с пенистой волной. А затем с ещё одной, ещё и ещё. И продолжает прыгать как зайчик следующие полчаса, не зная ни меры, ни усталости.

А я всё это время неотрывно любуюсь ею, словно завороженный.

Точно так же, как Николина смотрела на море – с восхищением, благоговеньем и искренней радостью. И уверен, я бы так смотрел на неё до самого заката, пока не пришлось бы идти вытаскивать её из воды, обламывая весь кайф, если бы рабочий звонок из Нью-Йорка не отвлёк меня.

Ничего серьёзного. Обычный вопрос одного из руководителей, которого почему-то не осведомили о моём отъезде. Но этих пяти роковых минут оказалось достаточно, чтобы, вернув всё внимание к морю, не увидеть больше плескающуюся в нём кошку.

Её нет. Ни в воде, в которую я будто за секунду телепортируюсь с террасы. Ни на пляже. Ни вдоль всей береговой линии, что по обе стороны упирается в скалы.

Куда она делась?!

Сбежала? Вернулась в дом?

Но ни того ни другого она совершить не могла, не миновав меня на террасе, а она этого точно не делала. Да и куда ей бежать в чужой стране? Некуда! Она не могла убежать! Не могла!

Однако именно об этом я заклинаю Вселенную, наотрез отказываясь принимать другой вариант, который я даже вслух произносить не собираюсь, пока зову Лину, истошно крича и борясь с налетающими на меня волнами, а она всё не отзывается и не отзывается.

Ныряю под воду и нигде её не нахожу. Весь мексиканский береговой патруль на уши поднимаю, приказывая им хоть всё дно Карибского моря обыскать, а спустя час, два, три… никаких хороших новостей от них так и не получаю.