Доверься мне

Боль, что навсегда стала ее спутницей. Она стала незримой частью ее души, заполнив ту пустоту, которая образовалась там после всех потерь.

– Ты оборотень. Но даже если бы не была им, это неважно. Ты – моя. Мой волк желает тебя, а остальное не имеет значения.

– Даже мое мнение? – резко, с негодованием, спросила девушка.

Неожиданная настойчивость беты приводила ее в замешательство. Мысли кружились в голове, не успевая оформиться. Виски сдавило, и появились первые признаки начинающейся мигрени. Все тело девушки было напряжено.

Она безумно устала. Морально устала. И сейчас хотела, чтобы ее просто оставили в покое.

– Ты слишком долго была среди людей. В нашем мире мнение самки не имеет значения.

– Я не оборотень! По крайней мере, уже. Мой волк мертв! И я не буду подчиняться твоим требованиям! Никогда! – с надрывом закричала Эмили, резко повернувшись к нему.

Она теряла последние остатки своего хваленого терпения, а его напор только способствовал этому.

– Ну что ж, это мы еще посмотрим, – произнес Ян и, сделав всего два шага, преодолел расстояние между ними.

 – Ты будешь моей! Привыкай к этой мысли!

С этими словами он рывком притянул девушку к себе и накрыл ее губы своими. Его язык раскрыл дрожащие уста и ворвался в ее рот. Он чувствовал, как она сопротивляется, бьет его руками, царапает, запуская ногти в кожу, но не ослабил своего давления. Его волк ликовал, вкусив сладость своей пары. Зверь желал взять ее немедленно. Отметить, чтобы все знали, кому она принадлежит.

Но мужчина в нем просто не мог сделать этого сейчас. Она должна привыкнуть к тому, что будет принадлежать ему и он в ее жизни навсегда. Оторвавшись от девушки, Ян посмотрел на ее покрасневшие губы и услышал тяжелое дыхание.

– Ты моя! Запомни это, – произнес он и, резко развернувшись, покинул комнату.

Выйдя из дома, мужчина чувствовал бурю эмоций. Волк выл от желания вернуться назад, но Ян постарался отмахнуться от него. Вина из-за того, как он вел себя со своей парой, сдавила сердце.

Его мать всегда учила сына уважительно относиться к женщинам, но с Эмилией он не мог поступить по-другому. Если он позволит себе проявить мягкость, то она сбежит и снова закроется в своем мире. За этот месяц он видел, как умело девушка от всего отгораживается и никому не доверяет. Это пугало больше, чем ее спящая волчица. А в том, что она спит, а не умерла, как утверждает Эмилия, Ян был полностью уверен. Целуя ее, он почувствовал это.