Одержимая

Словно состояние хозяина клуба передалось всем его посетителям. И это было полное равнодушие и даже насмешка.

– Господа, будьте повежливей! – с добродушием, полным сарказма, попросил Хангер. – Эти люди – мои посетители. Они заплатили за прекрасную ночь, а вы портите им всё веселье.

Полицейские промолчали, продолжая своё дело.

– Мы знаем, Хантер, что ты здесь распространяешь наркотики, занимаешься секс-торговлей и проворачиваешь много дел своего покровителя Девила Собера, – о, этот тягучий голос Сабрина узнала моментально.

Он звучал из толпы мужчин в бронежилетах и всё подбирался ближе. Голос её родителя звучал превосходством. Тем, что так в нём терпеть не могла дочь. Девушка даже предвкушала тот момент, когда он за спиной своего врага увидит её. Это будет удар. Сильный. Болезненный. И такой для неё желанный.

– Детектив Эван Велес собственной персоной, – с наигранным удивлением проговорил Хангер, – какая честь для меня! Не ожидал, что вы лично возглавите эту облаву.

– К таким, как ты, я прихожу сам, как вестник правосудия.

Хозяин бара лишь раскатисто рассмеялся.

– Вы знаете, что голод – самый непредсказуемый из всех всадников Апокалипсиса. Нельзя предугадать, куда заведёт его жажда, сколько жизней погубит его болезнь. А вы думаете, что можете арестовать меня и упрятать за решётку. Я скажу вам снова: «Попробуйте!»

Хангер развёл руками, насмехаясь над её отцом, пока девушка ещё пряталась за его спиной, выжидая нужного момента, дабы открыться. Напряжение между мужчинами ощущалось физически.

Оно покалывало кожу, заставляя как пугливых зверьков выжидать, пока хищники делят территорию. Но Сабрина хотела внести свою долю в эту борьбу, показать желанному мужчине, что может быть с ним на одном фронте, на равных отстаивать его права.

– Не паясничай, мразь! Такие, как ты, не заслуживают дышать воздухом, даже воздухом тюрьмы.

– Ай-яй-яй, детектив, – Хангер игриво поцокал языком. – Мой адвокат может предъявить вам обвинения в моральном ущербе.

Ведь мало того, что вы сорвали мне вечер и уничтожили сегодняшнюю выручку, так ещё ведёте себя сверх меры вызывающе.

– Скорее всего, у твоего адвоката будет много другой работы, чтобы беспокоиться о моральном ущербе, ведь придётся думать, как сократить тот срок, что я на тебя навешу, – превосходство и уверенность в своей правоте скользили в голосе и повадке детектива.

Сабрина сжала кулаки, ненавидя это в отце. Так же он вёл себя с её матерью.