Сведи меня с ума

Алек упал перед кроватью на колени и сразу же уткнулся лицом в мокрое от желания лоно. Руками разведя женские ноги как можно шире, он полностью раскрыл Сару для себя. Как только его язык толкнулся в ее дырочку, девушка вцепилась пальцами в простыню.

Он был диким, неукротимым. Он вкушал ее, словно она – источник его жизни, и. наверное, в эту минуту так оно и было. Сладкая. Невероятно вкусная. Для его зверя она стала всем, о чем он только мог мечтать.

Длинный, нечеловечески гибкий язык бешено врывался в ее промежность, дразня напряженный канал толчками.

Заострившиеся зубы чувственно царапали половые губы, и каждый раз, когда они задевали разбухший от прилива крови клитор, это посылало электрические разряды по венам и вырывало из уст отчаянные вскрики.

– Твою ж мать! – выругалась Сара.

Локти, на которые она опиралась, дабы иметь возможность наблюдать за его действиями, задрожали. Казалось, еще немного и она без сил повалится на постель. Но Алек не следил за ней.

Он был слишком увлечен своим лакомством. На его лице блестели женские соки, нос упирался в кучерявый лобок. Ему понравилось, что она поступала не так, как многие человеческие женщины, что сбривали растущие от природы волосы. Он втягивал аромат, полный желания, на интуитивном уровне отмечая, когда в нем преобладают тягучие нотки наслаждения, а когда он становится резковатым от потребности в чем-то ином.

В бешеном раже ударяя языком по ее плоти, зверь сходил с ума от девичьей беспомощности в этом сражении за удовольствие.

Будучи самцом и доминантом, он упивался своим контролем над ее телом. Тем, что именно он решает, когда она получит свою дозу экстаза и насколько сильным он будет.

– Пожалуйста, пожал… – Сара никогда не умоляла, но сейчас была бессильна против своей потребности в нем.

Она не столько просила позволить ей взлететь наконец-то на вершину оргазма, сколько молила утолить боль, обжигающую низ ее живота. Потому что чем больше наслаждения она получала, тем сильнее ныло чрево от собственной пустоты.

Довольный мольбой, он с силой втянул в рот ее плоть, посасывая и кусая. Когда девушка с криками неистово кончила и ее соки брызнули, попадая ему на лицо, это заставило зверя полностью сорваться с цепи.

Ткань затрещала под напором увеличивающихся мышц и обрывками попадала на пол. Представ перед девушкой в полуобороте – еще не зверь, но уже и не человек – Алек не напугал ее, нет.