По законам прайда

Между нами не осталось даже каких-то пары сантиметров, поэтому я прекрасно осознавала, что именно такое твердое упиралось мне в живот. Это взорвало мой мир на сотни осколков.

Слишком возмутительно. Порочно. Боже, это правда происходит со мной? Нужно быстрее заканчивать это. Оттолкнуть. Отодвинуться. Но руки неподвижно лежали на мужских плечах. Жар побежал по телу. Затронул самые потайные местечки. Пальцы ног поджались. Я дышала с трудом. Казалось, кислорода в помещении осталось ничтожно мало.

– Собер… – сделала попытку достучаться до него, чтобы он отодвинулся, раз я сама не могла воспротивиться ему.

– Молчи, Лиззи. Для своего же блага, – низким, рокочущим голосом приказал он.

Меня пронзило от собственного имени, так ласково сокращённого. Я испугалась. Все шло не так, как должно. И эта дорожка была скользкой и опасной. Не моей однозначно. Я вышла замуж за его сына. По любви вышла. Этот факт не изменился за эти два дня. Такое не случается так быстро. Да и не нужно мне это безумство.

Порочное. Греховное притяжение, которое все труднее отрицать. Что-то притягивало меня к этому мужчина. Однако таким же сильным был и мой страх перед ним. Я стала боятся, что он склонит меня на поступок, что противоречит моей совести, поэтому я снова напомнила себе, что замужем. Трудно об этом помнить, когда другой мужчина толкается доказательством своего желания в тебя.

Даже со своей не опытностью, я поняла, что меня охватило вожделение. Между ног вдруг стало очень влажно, а лоно напряглось.

Бедра инстинктивно поддались навстречу. Я и не заметила, как встала на цыпочки. Просто подалась велению тела, которое знало, где именно желало почувствовать эту невероятную твердость.

А еще меня окружил запах. Слегка терпкий, но сладкий и манящий. Он проник в мои поры, заполнил каждую клеточку. В глазах помутнело. Голова закружилась, из-за чего я сильнее вцепилась в него. В мужчину, которого желала, как бы не стыдно мне было это признать.

Никогда в жизни еще такого не ощущала. И точное объяснение этому дать не могла. Это какое-то помутнение. Возможно, Собер что-то подсыпал мне в молоко, но откуда он знал, что я приду его пить? Господи, да что же это со мной такое?

Я осознала, что закинула ногу ему на бедро и принялась бесстыдно потираться об него. Собер задышал чаще, обжигая мою шею своим горячим дыханием. Озноб пронзивший позвоночник, вдруг привел в чувства.