Не пара

Мне требуется время, чтобы привыкнуть к ощущению, как мой член сдавливают со всех сторон горячие стенки. Секунда, ещё одна и ещё… Вдох-выдох… Так… Акклиматизация свершилась. Можно продолжать. Толкаюсь глубже, Диана дрожит, хватаясь за мои плечи, и глазеет на меня так, будто я всё тот же долбаный Бамблби [Прим.автора: Бамблби – трансформер из кинофильма "Трансформеры"], всовывающий в неё как минимум выхлопную трубу, а не член. И я бы спросил у девчонки, в чём причина столь безмерного шока, да только меня совсем кроет от удовольствия, когда я проталкиваюсь дальше, полностью оказываясь внутри узкого влагалища.

– Боже! – едва слышу новый протяжный женский стон.

– Больно? – наклонившись к её лицу, хриплю я. На кой чёрт? Не знаю. Даже если больно, я ни за что не выберусь из неё. Там слишком приятно.

– Нет… Не больно… Но это… Это… Так… Это…

Что она там хочешь дальше выдать, меня не волнует. Главное я услышал. Боли нет. Значит, можно смело, без зазрений совести приступать к делу.

И я больше не торможу.

Выбираюсь из тесного рая почти полностью и вбиваюсь обратно. По самые яйца. Туда-сюда. Снова и снова. С каждым разом ускоряя темп и интенсивность. Блять. Офигенно. Глубокие, жёсткие толчки наполняют тело эйфорией. Женские стоны и охи звенят в воздухе, сталкиваясь с моими выдохами.

Накрываю соблазнительные губы Дианы ртом, упиваюсь её вкусом и сжираю все громкие звуки, вылетающие из её горла. Долблюсь глубоко и нещадно, срываясь в девчонку как в пропасть.

Куколку трясёт подо мной, тонкие пальцы впиваются в мои плечи. Но не для того, чтобы оттолкнуть, а чтобы удержаться на месте. Я так сильно в неё вбиваюсь, что с каждым толчком Диана скользит вверх по покрывалу. Но я не останавливаюсь. Раскачиваюсь и резкими движениями пронзаю её на всю глубину. Двигаюсь в желанном темпе и накрываю ладонью женское горло, не встречая во взгляде сопротивления или страха. Не-е-ет. Там только жажда, похоть, всё тот же непонятный шок и кайф… Эта лютая смесь с каждой секундой становится всё сильнее, объёмней, запредельней. Да, детка… Кончай… Я чувствую, что ты сейчас сорвёшься.

– Боже мой… Боже… Что это? – скулит она, ещё больше округляя свои голубые глаза. А я опять не понимаю, о чём она спрашивает? И чему опять столь несказанно удивляется? И подумать над этими странными фактами не получается. В следующий миг я напрочь лишаюсь возможности мыслить и анализировать.