Притворись бабочкой

На кровати валяется огромная черная мятая футболка. Она уж точно не принадлежит Брук.

Все встает на свои места. Брук привела его домой. Этого жалкого Питера Грина.

Злюсь невероятно. Брук повезет, если она не зайдет сейчас в комнату, потому что я взорвусь и ее завалит обломками мебели.

Я со всей силы комкаю эту футболку и швыряю на пол. Затем топчусь на этом отвратительном куске ткани. Невыносимо! Ненавижу!

– Брук! – еще громче раздается мой голос.

Я не выдерживаю и бегу на первый этаж. Заглядываю во все комнаты.

Сестра будто испарилась. Не может такого быть! Запах в комнате тому подтверждение. Грин был здесь недавно. Получается, Брук пропустила школу. В выпускном классе она вдруг решила потерять голову.

На улице я нахожу сестру, идущую по тротуару. Она улыбается, глядя на солнце. В общем, наслаждается последним майским днем, в то время как я не могу справиться с охватившей меня волной злобы.

– Нам надо поговорить, – сходу восклицаю я, на что получаю ее равнодушный взгляд.

– Ты сегодня раньше, чем обычно, – кидает она мне и проходит мимо.

Я вскипаю от злости.

– Ты же знаешь, что тебе не стоит водить его к нам домой? – выплевываю эту фразу.

– А тебе не стоит лезть в мою жизнь, Джи.

Я останавливаюсь. Ее слова отрезвляют меня, как пощечина. Еще никогда я не обжигалась так о слова Брук.

– Да ты ведь его не знаешь! – ошпариваю ее правдой.

Она смеется. А мне противно настолько, что хочется взвыть.

– А ты будто знаешь, да? – Откровенный стеб с ее стороны летит в меня.

Не буду скрывать. Если она хочет знать правду, пусть знает.

– Я знаю его дольше, чем ты, – произношу уверенно.

После этой фразы Брук обращает свое внимание на меня. Ну надо же!

Она поворачивает голову и прищуривается, оценивая мои слова. Напряжение растет с каждой секундой, как и расстояние между нами. Мы отдаляемся не только физически, но и морально. То, что я расскажу ей сейчас, должно повергнуть в шок.

– Он всегда лез к нам с Дареном. Это был настоящий буллинг.

Питер обращался со мной как с куском дерьма. – Я не скромничаю и не подбираю выражений. – Обзывал, подставлял. А Дарену, который защищал меня, всегда доставалось. Питер ненавидел нас. Спросишь почему? Я сама до сих пор не знаю ответа.

Прерываюсь, чтобы вдохнуть. Следующие слова будут для меня самыми тяжелыми. Я ощущаю подступивший к горлу ком и выступившие на глазах слезы. Меня всю трясет.

– Это Питер, – мой голос дрожит, – подставил Дарена.