Притворись бабочкой

Из-за него его выгнали из команды. А потом… он пошел на то чертово поле, разочарованный, с болью в сердце, получив такой удар, который нам и не снился. В тот день Дарен потерял все: надежду на блестящую карьеру, веру, мечту и… себя.

Мне не хватает воздуха. Кажется, что пространство сужается до невероятно маленьких размеров. Я вижу только потрясенный взгляд Брук. Она пытается сдержать свое удивление, но у нее не выходит.

– Джи? – окликает она меня.

Я облокачиваюсь о почтовый ящик и глубоко дышу.

– Если бы он этого не сделал… – я начинаю реветь.

Боль рвет мою грудную клетку.

«Дарен был бы жив» – я не решаюсь произнести это вслух.

– Питер мне рассказывал, что вы не ладили раньше, но он изменился, Джит. Он пообещал больше никогда тебя не трогать.

Я смеюсь сквозь слезы. Мне остается только иронично покачать головой.

– Ты серьезно?

– Джит, он не причастен к тому, что случилось с Дареном. Питер поклялся мне. Это недоразумение. Кто-то другой донес на Дарена.

– Ты веришь Питеру? – задаю я ей один-единственный вопрос.

– Я не вижу оснований не верить ему.

Мне достаточно этого ответа.

– Не позволяй ему знать о тебе все. Он страшный человек. – Это последнее, что я говорю Брук сегодня.

Затем инстинктивно обнимаю себя руками и направляюсь в дом.

– Джи, я не хочу, чтобы мы ссорились из-за него, – кидает она напоследок, уже куда тише.

– Я скоро уезжаю, так что не будем.

Брук нельзя назвать доверчивой. Я думаю, она услышала меня и какое-то сомнение по поводу Питера у нее все-таки зародится.

Сестре нужно время, чтобы все понять. Питер Грин не сможет скрывать свою истинную сущность вечно, он выдаст себя совсем скоро. Обязательно выдаст.

Глава 6

Поломанная принцесса

Запихиваю в чемодан последнюю вещь и с огромным усилием закрываю его. И зачем я беру с собой такую кучу всякой всячины? Сама не знаю. Мама с Брук расположились около меня, когда я начала собирать чемодан, и благодаря их советам он в итоге наполнился до краев. По их мнению, мне обязательно понадобятся сапоги, надувная лодка и налобный фонарь.

Прекрасно, что ж. Теперь я буду еле плестись со своими баулами.

– Вы довольны? – Манерно закатываю глаза, поглядывая на маму.

Она хихикает. Ее глаза горят, мама улыбается. Сеточка морщин появляется у ее глаз. Брук же стоит рядом, сложив на груди руки. Она так же, как и я, закрыта. Напряжение все еще гложет и съедает нас изнутри. Черт бы побрал все эти недопонимания! Питер Грин – настоящая проблема.