На грани

Новый глоток спиртного не помог: пустота никуда не девалась.

Тихий голосок, проснувшийся в темных закоулках души, зашептал Алексу, что именно эти два идиота виновны в его мучительном бесчувствии, в отчаянной пустоте, заполнившей всю его жизнь. И раз так – их следует наказать. Уж кто-кто, а они заслужили!

Один из подростков обвел мутным взглядом помещение и толкнул другого.

– Туса – говно! Ни одной симпатичной девки. Пошли отсюда…

– Пошли, – поддержал другой.

Оба двинулись к выходу, Алекс встал, чтобы пойти за ними.

Голова кружилась: он тоже выпил немало. Шепоток в душе издевательски комментировал его слабость, подталкивал вперед. Парочка вышла на лужайку перед домом, Алекс – за ними.

Дом стоял посреди ухоженного газона, окруженного каменной стеной, на парковочном месте расположились дорогие авто, красивые фонари «под старину» бросали на них неяркий свет. Лужайка перед домом была пуста, только громкая музыка гремела над газоном.

Алекс догнал парней, продолжавших обсуждать битву при Сумеречном Троне.

Голос внутри гнал его вперед. Они напросились. Алекс не испытывал ни волнения, ни страха перед тем, что собирался сделать. Только пустоту в душе, всегдашнюю пустоту.

Догнав подростков, Алекс неожиданно ударил одного их них ногой под колено. Он играл в футбол за школу и вложил в удар всю силу и опыт футболиста. Раздался треск ломаемой кости и вопль пострадавшего, заглушенный громом музыки.

Второй парнишка вытаращил глаза и отшатнулся.

– Что за?!… Ты что…

Удар в лицо не дал ему договорить и сбил с ног.

Алекс принялся пинать упавшего в живот и голову и бил до тех пор, пока тот не перестал шевелиться. Сзади послышалось нечто вроде хныканья, и Алекс обернулся. Раненый пытался отползти в сторону, таща сломанную ногу. Лицо его было в слезах.

– Нет! Нет! Пожалуйста!

Алекс на мгновение заколебался, но голос внутри не давал ему расслабиться, требовал не поддаваться слабости. И он не поддался. Преодолев расстояние, отделявшее его от лежавшего, он наступил на его сломанную ногу, вызвав новый вопль, а затем несколько раз пнул истязаемого в лицо, испачкав дорогой ботинок кровью.

Ну, вот и все.

Алекс глубоко вздохнул, выравнивая дыхание, и посмотрел на саднящие костяшки пальцев руки, затем – на лежавших на газоне парней. Не почувствовал ни вины, ни угрызений совести. Вместо них он снова ощутил это странное, завораживающее чувство, теснящее пустоту в душе. Внутренний голос одобрительно мурчал.