Исключение из правил

Однако Кира знала, что друг – очень чуткий человек, улавливающий малейшие изменения настроения.

– Леш, я на свежий воздух выйду. Душно здесь.

– С тобой пойти?

– Не нужно. Я скоро вернусь.

– Смотри сама. Если тебя через десять минут тут не будет, я поднимаю на ноги охрану клуба.

– Идет, – улыбнулась Кира, чувствуя благодарность за заботу. – Не скучайте, ребят, – она поднялась, пробралась через толпу сидящих и направилась к выходу. Леха проследил за подругой взглядом, полным серьезности.

Но уже через несколько мгновений смеялся вместе со всеми над чьей-то шуткой.

***

Она вышла на улицу, радуясь тому, что в сумочке лежал и телефон, и деньги. «Потом из дома скажу, что родители звонили», – решила Кира, доставая мобильный и отходя на некоторое расстояние от клуба.

Она направлялась по тихой аллейке – клуб находился практически в соседнем квартале от их городской квартиры.

– Эй, красивая, номерочек не дашь? – нагловатый оклик удивил больше, чем испугал.

Она остановилась, недоумевая, кто же это обращается – и к ней ли?

Из тени на аллейке навстречу Кире выдвинулась фигура. Нет, две фигуры… Три.

Их было трое. И они окружили девушку, преграждая ей путь. Кира испугалась, затравленно озираясь – как назло, охранник у дверей куда-то отошел и никого не было. Никого, кого можно было бы позвать на помощь. Только неподалеку на лавочке полуприлег какой-то парень. «Наверное, наркоман, – пронеслось в голове, – такому будет безразлично, что вокруг происходит.

Ширнулся и кайфует».

– Ну и? – окликнувший придвинулся еще ближе, дохнув легким перегаром.

Кира поморщилась.

– Чо рожу свою кривишь, кукла? – внезапно вызверился тот. – Не нравлюсь, да? А чего это? Мажоры нравятся, да? А я, может быть, тоже мажорик?

Он надвигался на девушку, пьяно ухмыляясь.

– Ребят, что вам нужно? – пролепетала она, прижимая к груди сумочку.

Заставляла себя не трястись, но все равно предательски дрожали руки, губы и даже, кажется, глаза…

– Ой, а чо это мы такие пугливые? – игриво протянул второй парень и легонько ущипнул девушку пониже спины. – Какая сладкая, м-м!

– А сиськи у тебя такие же упругие, детка? – встрял снова первый, масляно ухмыляясь.

Она вертелась между ними, как котенок между собаками, а они глумливо скалились, играя со своей «жертвой».