Портартурцы. 1940—1942

Вначале дядька круто взялся за Подковина: заставлял делать прыжки, повороты, опрашивал о чинах и именах ближайших начальников. Все его требования, не выходящие из рамок программы обучения молодых солдат, Тихон выполнял быстро и отчетливо. Но по лицу дядьки было видно, что он все-таки недоволен. В его приказаниях сквозило желание выставить Подковина перед всем строем в смешном положении, и Тихон насторожился. Впоследствии оказалось, что дядьки и фейерверкеры не любили грамотных подчиненных, а Подковин для казармы был «белой вороной».

Недоброжелательность дядек к Тихону усилилась после первых дней пребывания его в канцелярии. Они следили за ним, прислушивались к его разговорам с товарищами.

Однажды, по заведенному порядку, все встали рано утром, начистили сапоги и заправили постели. На дворе стоял сорокаградусный мороз. Окна промерзли снизу доверху. Несмотря на все старания новобранцев, сапоги их не получали надлежащего блеска.

Обучение в строю вел младший фейерверкер Осипов – отделенный начальник четвертого взвода.

– Смирно! – скомандовал дядька.

Отделенный, выпятив грудь, подошел к шеренге молодых солдат.

– Здорово, ребята!

– Здравия желаем, господин отделенный!

Младший фейерверкер быстро прошелся вдоль строя.

Новобранцы не спускали с него глаз. От правого фланга он повернул обратно и насупился, устремив взгляд на ноги солдат.

– Почему сапоги плохо вычищены? Лодыри! Рассчитаться на первый-второй!

Прошло полминуты.

– Первые – направо, вторые – налево!..

Солдаты повернулись и очутились лицом к лицу.

– Ударьте друг друга по щекам!

Подковин получил пощечину от солдата, стоявшего напротив, но его бить не стал. Отделенный подскочил к Тихону:

– Бей!

Тихон по-прежнему стоял, вытянувши руки по швам.

– Направо! Два шага вперед!

Подковин вышел из строя.

– Коневязов, иди сюда! Ударь Подковина.

Тот-ударил слегка.

– Бей сильней! – скомандовал фейерверкер.

Коневязов ударил сильнее. Подковин сказал:

– Господин отделенный, доложите взводному о моем избиении в строю.

– А, ты жалуешься?!

– Да, я буду жаловаться и требовать, чтобы вы были наказаны.

– Почему же ты не бил своего соседа, раз я приказываю? – хрипло спросил фейерверкер,

– Я знаю, что ваше приказание незаконно, а следовательно, стал бы отвечать вместе с вами. Зачем мне это?

Наступила тишина.