Ассегай

– Открыть заслонку!

В этом месте для стариков всегда наступал трудный момент – их способность к звукоподражанию подвергалась настоящему испытанию.

– Отлыти салонку! – изрекли они.

– Ручной тормоз! – Леон потянул рычаг. – Обогащение смеси!

Он повернул ручку так, чтобы стрелка индикатора указывала строго вперед.

– Отставить!

Он выскочил из машины, обежал ее спереди, открыл заслонку и торопливо вернулся на место.

– Маниоро, заводи! – Маниоро наклонился и дважды повернул заводную рукоятку. – Хватит! – предупредил Леон.

 – Отставить!

Он снова выпрыгнул из машины, снова обежал ее, закрыл заслонку и вернулся.

– Еще два раза!

Маниоро снова наклонился и повернул рукоятку.

– Запуск! – Леон передвинул селектор на приборной панели в положение «аккумулятор» и воздел очи к небу. – Маниоро, поддай-ка еще!

Масаи, поплевав на ладони, повернул рукоятку еще раз.

Взрыв, подобный пушечному, сотряс воздух. Из выхлопной трубы вылетел клуб сизого дыма. Заводная рукоятка злобно извернулась, сбив Маниоро с ног.

Два старичка-скиннера, не ожидавшие ничего подобного, в страхе отпрянули, взвыли от ужаса и резво метнулись к кустам за лагерем. Из домика на склоне холма донеслось проклятие, вслед за чем на веранде появился и сам Перси – в пижамных штанах, с растрепанной бородой и заспанными глазами. Секунду или две он растерянно, ничего не соображая, таращился на Леона, который лучезарно улыбался ему из-за руля. Мотор погромыхал, подергался, потом стрельнул еще раз и успокоился, перейдя на громкое, но равномерное тарахтение.

Перси рассмеялся:

– Подожди, дай брюки надеть, а потом отвезешь меня в клуб. Угощаю. Можешь выпить пива сколько влезет. И завтра же отправляйся за слоном. Без него в лагерь не возвращайся.

Сдвинув на затылок шляпу и перекинув тяжелое ружье с одного плеча на другое, Леон остановился у знакомого, почти отвесно уходящего вверх массива горы Лонсоньо и посмотрел вверх. Крошечная одинокая фигурка на краю кручи почти растворялась на фоне неба.

– Она ждет нас! – удивленно воскликнул он. – Но как узнала, что мы идем?

– Лусима знает все, – напомнил Маниоро, делая шаг к тропинке.

На себе он нес фляги с водой, заплечный мешок, винтовку «ли-энфилд» и четыре патронташа. Леон последовал за ним, а замыкал шествие Ишмаэль – в длинной белой канзе, полы которой шлепали по ногам, и с огромным узлом на голове. Перед выходом из Тандала-кемпа Леон взвесил узел – получилось шестьдесят два фунта.