Муссон

– Как бы это ни было больно, это все равно тебя не убьет, и однажды, скорее, чем ты можешь поверить, ты забудешь эту боль.

– Я никогда ее не забуду! – с глубочайшим убеждением отозвался Гай. – И никогда не забуду мою любовь к ней!

Хэл Кортни услышал звон судового колокола в начале средней вахты.

– Полночь, – рассеянно пробормотал он.

Хэл уже много часов сидел за своим письменным столом и устал от неподвижности, глаза жгло. Встав, он подрезал фитиль лампы, усиливая падавший на документы свет, потом снова опустился в тяжелое дубовое кресло и вернулся к работе.

Перед ним лежали планы всех палуб «Серафима». Хэл какое-то время всматривался в план орудийной палубы, потом отложил его в сторону и, придвинув к себе схему корабля в вертикальном разрезе, сравнил два листа.

– Нам нужно скрыть орудия и придать кораблю вид невооруженного торговца, – тихо произнес он. – А значит, нужно убрать заслонки бойниц на нижней палубе…

Он умолк и нахмурился, услышав тихий шорох за дверью каюты.

– Кто там? – резко спросил он.

Погода стояла прекрасная, ветер дул ровно и не слишком сильно. Хэл не ожидал, что ему помешают.

Из-за двери никто не ответил, и через мгновение Хэл тихо хмыкнул. Должно быть, крыса шмыгнула или просто почудилось. Он снова вернулся к чертежам.

За дверью опять что-то заскреблось. На этот раз Хэл сердито отодвинул кресло и встал. Наклонившись под низким потолком, он быстро подошел к двери и распахнул ее.

Перед ним робко стояла худая фигура. Хэл не сразу узнал собственного сына.

– Гай? – Хэл всмотрелся в него. – Что ты здесь делаешь так поздно? Входи, мальчик.

Гай шагнул в каюту и закрыл за собой дверь. Потом стянул с головы шапку. Лицо у него было бледным, он отчаянно нервничал.

– Отец, я должен тебе сказать… – запинаясь и вертя в руках шапку, начал он.

– В чем дело? Говори, парень! – подбодрил его Хэл.

– Там, в трюме, в пороховом погребе, кое-кто есть, – выпалил Гай. – Дверь отперта, а внутри свет.

– Что? – Голос Хэла прозвучал резко от тревоги.

У него в голове разом вспыхнуло множество самых ужасных предположений.

– Да, сэр…

Резко развернувшись, Хэл подошел к своему столу. Рывком открыл верхний ящик и достал деревянный футляр с пистолетами. Открыв его, он взял один пистолет, двуствольный, быстро проверил запал и сунул пистолет за пояс. Потом взял второй и сжал его в правой руке.

– Разберемся, – мрачно бросил он, снимая с кронштейна лампу.