Падение с небес

– А это что? Не могу разобрать твои каракули. – Марк стал пристально разглядывать бумажку.

– Помяни мое слово, Марк, у этой юной леди страсть к размножению. Стоит только отвернуться от нее минут на десять, она тут же начнет вить гнездышко на ближайшем дереве.

– Да уймись же ты, Дики.

– Это ты уймись, старина, иначе она нарожает тебе кучу детенышей и заселит ими окрестности. – Дики театрально содрогнулся. – Никогда не садись в закрытую тачку, если можешь крутить баранку спортивной модели, дружище.

Кстати, эта мудрость напомнила мне… – он опустил газету, достал из жилетного кармана часы, посмотрел, – что меня ждет одна важная клиентесса.

Секунду он изучал свои блестящие ботинки, достал из нагрудного кармана носовой платок и обмахнул им обувь; затем встал и, надев соломенную шляпу, подмигнул Марку:

– Ее муж на неделю укатил в деревню. Держи оборону, старина, теперь моя очередь.

Он вышел из офиса в торговое помещение, но тут же снова появился с выражением ужаса на лице:

– Черт побери, покупатели! Марк, позаботься о них, мальчик мой, а я смоюсь через черный ход.

И он исчез – в воздухе остался лишь слабый аромат бриллиантина.

Марк поправил галстук перед осколком разбитого зеркала, зажатого в раме окна, изобразил на лице радужную улыбку и поспешил к двери, но на самом пороге остановился как вкопанный, словно внезапно очутился на краю пропасти. Он стал прислушиваться, сосредоточенно, как дикая газель, каждой фиброй своей души, каждым нервом: эти прекрасные звуки проникали в самые потаенные уголки его души и разносились там звонким эхом, а у него замирало и таяло сердце.

Очарование длилось всего несколько секунд, но эти звуки еще долго трепетали и переливались в воздухе, пока сердце Марка не забилось снова, тяжело стучась изнутри в грудную клетку.

Поразившие его звуки оказались не чем иным, как девичьим смехом. Казалось, сам воздух вокруг Марка сгустился и превратился в сладостный мед, поскольку ему вдруг стало тяжело двигать ногами, а чтобы вдохнуть и набрать его в легкие, потребовалось прилагать поистине титанические усилия.

Стоя в дверях, он окинул взглядом торговый зал. Посередине просторного помещения была выставлена самая последняя демонстрационная модель «кадиллака», а возле нее разговаривали двое.

Мужчина стоял к Марку спиной, и о нем можно было сказать только то, что он обладал могучим телосложением, высоченным ростом и одет в темный костюм.