Повесть о Роскошной и Манящей Равнине

– Значит, – вопросил старец, – тебе нужна только одна-единственная?

– Только она, – согласился Холблит.

Едко усмехнулся старик и сказал:

– Не буду разуверять тебя… Почва самой Роскошной и Манящей Равнины все переменит, когда ты коснешься ее своими стопами.

Холблит поглядел на него с ровной улыбкой:

– Что ж, тогда я наверняка отыщу там свою Полоняночку. И мы вместе решим, расставаться нам или держаться вместе. Сегодняшний день щедр ко мне.

– Будет ли он щедр и ко мне… и скоро ли? – молвил Морской Орел.

Но гребцы перестали грести и сложили весла; моряки бросили якорь, ибо корабль подошел к берегу на один полет стрелы и прилив развернул его бортом к бурунам. Тут молвил Морской Орел:

– Смотри же вперед, о спутник, и рассказывай мне об этой земле.

Поглядев, Холблит ответил:

– Желтый песок на берегу, похоже, усеян ракушками, и от моря до цветущих трав совсем недалеко. Ну, а в полете стрелы от края воды я вижу рощицу прекрасных цветущих деревьев.

– А видишь ли ты людей на берегу? – поинтересовался старец.

– Да, – сказал Холблит, – четверо сейчас идут возле моря, и трое из них женщины, ибо я вижу, как трепещут на ветру их длинные платья. Одна из них облачена в шафран, другая в белом, а третья в бледно-голубом, но сопровождающий их кметь одет в багрянец, и одеяния всех искрятся золотом и самоцветами. Судя по всему, они глядят на наш корабль, как если бы ожидали его.

Молвил Морской Орел:

– Почему это мореходы медлят и не готовят ялик? Пьяницы и обжоры, лживые свиньи, они забыли про своего вождя.

Но не успел он произнести эти слова, как явились четверо моряков и без промедления подняли его вместе с постелью и отнесли вниз на шкафут, в корабельное чрево, под которым причален был ял с четырьмя крепкими гребцами на веслах, Холблиту никто не дал знака, его как бы не замечали, но, подхватив копье, он последовал за ними и стал рядом, пока старика спускали в лодку. Потом, ступив на планшир, он легко спрыгнул вниз, и никто не стал мешать или помогать ему.

И он стал посреди яла, словно воплощение духа битвы, и солнце играло на его ясном шлеме, остром копье и украшенном Вороном белом щите за спиной. Но и будь он последним кметем из тех, что бороздят воды, никто не обратил бы на него меньше внимания.

Глава X. Разговор с людьми Роскошной и Манящей Равнины

Тут, взмахнув ясеневыми лопастями, гребцы направили ял прямо к берегу.