Без права на наследство

Сперва она подумала, что ошибается в своих подозрениях: со времени рождения последнего, покойного ныне ребенка, прошло несколько лет, а состояние здоровья не внушало надежд на новую беременность, однако все свидетельствовало о зарождении новой жизни. При сложившихся обстоятельствах миссис Ванстоун сочла разумным посоветоваться с ведущим специалистом, вместе с тем избавив дочерей от волнений – неизбежных, если бы она пригласила лондонского врача к себе в имение. Теперь она могла твердо сказать, что ее предположения подтвердились, она вновь ждет ребенка к концу лета, но в ее возрасте и с учетом прочих обстоятельств беременность внушает серьезные опасения.

Доктор ободрил ее, но сомнения и тревоги ее не покидают.

Миссис Ванстоун просила хранить пока эту информацию в секрете. Сама она поделилась с мисс Гарт, только получив подтверждение от врача, но дочерям намеревалась рассказать обо всем сама, ближе к лету. А пока достаточно сказать им, что родители вернутся двадцать третьего числа – мистер Ванстоун уверен, что к этому времени завершит дела, и они смогут спокойно отправиться домой.

После этого известия следовала краткая прощальная фраза – и письмо довольно внезапно завершалось.

Первой реакцией мисс Гарт было сочувствие миссис Ванстоун и естественное волнение за нее. Однако затем гувернантка обратилась мыслями к другим вопросам, смущавшим и огорчавшим ее. Было ли объяснение в письме исчерпывающим? Тщательное размышление привело ее к выводу, что миссис Ванстоун слишком о многом недоговаривает.

В утро отъезда миссис Ванстоун покидала дом в самом бодром настроении. В ее возрасте и с учетом состояния здоровья, на которое она ссылалась, могла ли она быть так спокойна накануне встречи с доктором? И что означало письмо из Нового Орлеана, послужившее толчком к внезапной перемене обстоятельств и причиной поездки в Лондон мистера Ванстоуна? И почему его супруга так взволновалась, услышав только название американского города? Нет, определенно тут было еще немало тайн.

Выводы были неутешительными.

Хотя миссис Ванстоун и говорила в письме о давней дружбе с мисс Гарт, ее откровенность была далеко не полной. Прямая и искренняя, мисс Гарт испытывала недоумение: испытанию подвергалось ее безоговорочное доверие и душевное расположение к хозяйке дома, сердце сжимала неясная тревога.

Она положила письмо в ящик стола, заперла его и вернулась к текущим делам, спустившись обратно в комнату для завтрака. Мистер и миссис Ванстоун возвращаются двадцать третьего.