P.S. I Miss You. Я по тебе скучаю

– Вы не могли бы хоть полминуты вести разговор без завуалированных оскорблений в мой адрес?

– Вы полагаете, что я намеревался вас оскорбить? – Я подавляю усмешку.

– Ник сказал мне, что вы хороший человек, – отзывается она. – Он не говорил мне, что вы заносчивый нахал.

Я прижимаю ладонь к сердцу, притворяясь, будто ее слова меня уязвили.

– Может, это он виноват в том, что так меня расхвалил? Он скупой, как черт, и сделает что угодно лишь бы сэкономить несколько баксов. Я ужасно рад, что больше в моем холодильнике не будут валяться эти банки с мочой… то есть с «Old Milwaukee».

Мелроуз опускает взгляд, как будто ей трудно признать, что ее друг детства буквально продал ее за эти несколько тысяч баксов. Отпустив ручку чемодана, она складывает руки на груди.

– Он не стал бы ставить меня в такое неловкое положение, – возражает она. – Он не стал бы просить меня жить под одной крышей с кем бы то ни было, если бы не думал, что я смогу с этим человеком поладить.

– Может быть, вы просто знаете его не настолько хорошо, как вам кажется? – Я пожимаю плечами, как будто это не моя проблема – и это действительно так.

 – Я всегда априори предполагаю, что все лгут и заботятся только о себе. Так намного реже приходится разочаровываться в жизни.

– Я не лгу.

– Фигня, – отмахиваюсь я. – Все лгут. А если говорят, будто не лгут, то тоже лгут.

– Я не согласна, но пусть так. – Она закатывает глаза и выдыхает сквозь сжатые губы. Мой взгляд снова падает на эти губы – такие полные, что это мешает сосредоточиться на чем-то другом.

Хотя и остальные черты ее внешности безупречны – от сливочной кожи и изогнутых ресниц до блестящих белокурых локонов и подтянутого аккуратного зада. Но если я что-то и усвоил к своим двадцати восьми годам, то это то, что безупречная внешность почти всегда уравновешивается внутренним уродством, безумием и прочими неприятными особенностями.

Я точно это знаю.

Моя прошлая девушка была такой же, понадобилось лишь немного больше времени для того, чтобы сквозь ее внешний лоск добраться до истинной сути: лживая, легкомысленная принцесска, изображающая из себя веганку-филантропку, главная ценность которой – полностью натуральная вагина.

– Вы всегда держитесь так, словно кол проглотили, или я просто застал вас в неудачный момент? – спрашиваю я. Мне искренне интересно, но я готов получить любой ответ.

– Зачем это? – Она хмурит брови, ее пес легонько царапает ей ногу. Он явно устал от этого разговора.