Мой ответ – нет

Девушка взяла ее с тяжелым предчувствием. Ее небольшой опыт в этом отношении показал ей, что в телеграмме всегда сообщаются дурные известия. Она преодолела свою нерешимость – распечатала – прочла. Краска сбежала с ее лица, она задрожала. Телеграмма упала на траву.

– Прочтите, – сказала Эмили слабым голосом.

Албан поднял и прочел: «Приезжайте в Лондон, мисс Летиция опасно больна».

– Ваша тетка? – спросил он.

– Да – моя тетка.

Книга вторая

В Лондоне

Глава XII

Миссис Элмазер

Столица Великобритании в некоторых отношениях непохожа ни на какую другую столицу.

В народонаселении, наполняющем улицы, крайности богатства и бедности встречаются как нигде. В самих улицах великолепие и стыд архитектуры – замок и лачуга – находятся друг возле друга. Лондон по своему общественному виду есть город контрастов.

Эмили прямо с железной дороги поехала туда, где потеря состояния принудила укрыться ее тетку. Кеб проехал мимо обширного и прелестного парка, окруженного домами со статуями и куполами, к ряду коттеджей возле вонючей канавы, неправильно названной каналом.

Эмили остановила кеб перед садовой калиткой коттеджа на дальнем конце ряда. Дверь отворила единственная теперь прислуга мисс Летиции – ее горничная.

По наружности это доброе существо принадлежало к числу несчастных женщин, которых природа, по-видимому, намеревалась сделать мужчиной, но передумала в последнюю минуту. Горничная мисс Летиции была высока, долговяза и неуклюжа. При первом взгляде лицо ее как будто состояло из одних костей.

Кости виднелись на ее лбу, выдавались на щеках, достигали своего широкого развития в челюстях. Из впалых глаз этой несчастной женщины смотрели с равной строгостью на всех ее ближних суровое упрямство и суровая доброта. Ее хозяйка, которой она служила более четверти столетия, называла ее Бони.[3 - Костлявая.] Она принимала это жестокое прозвание за знак дружеской фамильярности, лестной для служанки. Никому другому не дозволялась эта вольность. Для всех, кроме своей хозяйки, она была миссис Элмазер.

– Как здоровье тетушки? – спросила Эмили.

– Плохо.

– Почему мне прежде не дали знать об ее болезни?

– Из любви к вам она не хотела вас огорчать. «Не давайте знать Эмили» – таковы были ее приказания, пока она находилась в памяти.

– Находилась в памяти, Боже мой! – что вы хотите этим сказать?

– Она в горячке – вот что я хочу сказать.

– Я должна сейчас видеть ее. Я не боюсь заразиться.

– Не надо бояться никакой заразы.