(Не)возможно? или Мой тайный миллионер

Витя, конечно, согласился встретиться и поговорить с Константином, и, если договорятся, согласился взять его на работу. Долго выпытывал, кем приходится мне Костя, не собираюсь ли я наконец-то замуж, сам-то он уже давно женат и даже обзавёлся парочкой детишек. Я делала вид, что намёков не понимаю, и Константин – просто хороший знакомый, случайно попавший в сложное положение. В общем, была довольна тем, что всё так удачно устроила и смогла помочь хорошему человеку. В том, что Костя – человек хороший, уже ни минуты не сомневалась.

Я объяснила ему, где находится автомастерская, описала Витьку и попросила завтра прийти с самого утра. Во избежание всяких неожиданностей.

– Спасибо, ты мне очень помогла, я уже и надежду потерял как-то всё наладить, – сейчас Константин смотрел на меня задумчиво, и мне опять стало неуютно. О чём он там сейчас думает?

– А сколько тебе лет? – это, конечно, не очень вежливый вопрос, но мне хотелось как-то отвлечь его от этих размышлений, которые, мне казалось, были обо мне.

У меня, кажется, паранойя развивается.

– А сколько, как ты думаешь? – он опять улыбнулся, как будто уверенный, что я не угадаю.

– Сначала я вообще подумала, что пятьдесят, сейчас думаю, наверное, около сорока?

– Тридцать два вообще-то. Неужто всё так плохо?

– Мне кажется, это из-за бороды. Она тебя старит. И седина в волосах видна. Тяжёлая жизнь?

– Всякое бывало. Спасибо за ужин, ванну и особенно за работу, но уже вечер, тебе, наверное, пора спать.

А мне пора в ночлежку, а то места не хватит.

Я чуть было не предложила остаться ночевать в соседней комнате, но вовремя прикусила язык. «Не делай глупостей, дурочка, ты и так уже сегодня отличилась»,– мысленно одёрнула себя и пошла играть роль гостеприимной хозяйки, провожающей дорогого гостя до дверей.

Куртка его выглядела вполне прилично, а вот ботинки ещё не высохли.

– Ничего, высохнут за ночь, – успокоил он меня. Что-то я сомневаюсь, сейчас ведь снова по лужам пойдёт.

Мне захотелось подарить ему что-то на память, очень хотелось, чтобы это была вещь, которую он мог бы носить и вспоминать обо мне. Но у меня нет вещей такого размера, даже перчатки мои ему будут малы…Точно, шарф! Его может носить хоть кто, к тому же теплее будет, вон куртка какая лёгкая, ещё простынет. Я взяла с вешалки свой бежевый шерстяной шарф и протянула его Косте:

– Возьми, пожалуйста, мне очень хочется, чтобы у тебя что-нибудь осталось.