Неисповедимы Судьбы Пути

Надо хоть на минуточку выглянуть в окно. Хоть на секундочку. Тогда мы увидим, где ты, и сразу приедем. Слышишь? Миша?

Ребёнок тихо плакал. В ушах шумела, пульсируя, кровь, грохот сердца, казалось, был слышен на всю округу.

С трудом взяв себя в руки, мальчик тихонечко приподнялся и, тяжело вздохнув, чуть приоткрыл дверцу своего убежища.

Перед замершими в управлении людьми мигнул и вспыхнул экран. Это была комната. Обычная светлая детская с небольшой кроватью, письменным столом и кучей разбросанных машинок на полу.

Мгновенье, и изображение метнулось к сумрачному прямоугольнику. Окно быстро приблизилось и взглядам напряжённых зрителей открылась улица. Все разом загалдели, руки запорхали над клавиатурами.

– Вот ты где, гадёныш!

Сердце Глеба пропустило удар и камнем ухнуло вниз.

Раздался беспомощный писк. Изображение хаотично заметалось по комнате, выхватывая обрывки.

Взгляд мальчика застилали слёзы, сквозь пелену которых с трудом можно было различить искажённое безумной яростью лицо убийцы.

Серебряной молнией сверкнул нож и воцарилась темнота.

Все замерли, оторвавшись от своих дел. Женщины прикрыли рты руками в безмолвном крике. Мужчины беспомощно чертыхались, а Глеб, обессилено упав в забытое кресло, яростно схватился за голову. Вина придавила тяжким грузом, жгучим комом перекрыла дыхание, заставляя рвать на себе волосы.

– Шеф, шеф, это не ваша вина! – пытались утешить коллеги, но он-то знал, что его. Того, кто заставил мальчика покинуть своё, пусть и ненадёжное, убежище.

– Преступник всё равно бы нашёл малыша. Но теперь мы знаем, где он. И не дадим уйти. Он ответит за всё! – сначала несмелые, но потом всё громче и твёрже звучали голоса, постепенно выводя Глеба из оцепенения. Он встрепенулся, вскочил и помчался к пульту.

– Утёсов, что с координатами?

– Работаю над этим, Глеб Альбертович! – смешливый темноволосый паренёк склонился над клавиатурой. Внимательно, до рези в глазах он таращился в экран, боясь упустить важную деталь, а ловкие пальцы, словно бабочки, неуловимо порхали над клавишами.

Непослушный курчавый чуб, то и дело мешал заслоняя серые глаза, в пушистом обрамлении. Паренёк был хорош собой, но будто бы не понимал этого. С головой погрузившись в цифровую реальность он полностью выпал из нашего мира. Худенькая светловолосая девушка не отрывала глаз от монитора, а по щекам текли слёзы. «За что…?» – вопила растревоженная душа, прижимая руки к чуть округлившемуся животику. Марина была уже на пятом месяце.