Эйдос непокорённый

Это же бред! Оставалась надежда на Мирима, но и он подвёл.

– Так ничего ведь не случилось! – Мой голос эхом проносится по келье, и я стараюсь говорить тише. – Кроме того, что вы держите нас силой веры и врёте. А может, и про Демиургов тоже ложь?

Хотя мне нравится думать, что где-то есть создатели, которым на нас не плевать, и которые однажды выпустят нас из клетки в безграничный мир с горами и океанами. Но сколько можно ждать?

– Случилось. – Батья-Ир ехидно ухмыляется, позволяя мелким морщинкам лучиться вокруг её больших карих глаз.

Она медленно усаживается напротив. Тысячи ледяных мурашек успевают пробежать по моему позвоночнику: сейчас она достанет из складок балахона шкатулку с ядом. Но она не спешит, растягивает удовольствие. – Зелиг сказал, что в тебя попала молния.

– Ну, конечно, сказал, – нервно усмехаюсь я. – Этот ваш вездесущий Зелиг. Не молния, а так, искра. Если бы молния…

В аллидионском Архиве пылится книга с названием «Как приготовить ядовитый гриб и не умереть».

Так вот, согласно рецепту, на вопрос «Как я выжила после молний?», получается только один логичный ответ. Это были не молнии. Но Батья-Ир не даёт досказать про горстку пепла.

– Тебе ведь известно, что полагается за проникновение в Башню? Что с тобой будет за такое дерзкое святотатство? – Она хватает меня за руки, поочерёдно задирает рукава, бегло изучает. Я в полном недоумении позволяю ей это. Батья-Ир разворачивает мои руки запястьями вверх, находит красное пятно и останавливает взгляд на нём.

 – Демиурги пометили тебя, – рявкает она с видом «так я и знала», и чувство, что я не выйду отсюда живой, крепнет.

– А почему за враньё Демиурги не наказывают? – фраза срывается с языка быстрее, чем я успеваю её осознать. Батья-Ир прищуривается, отпускает мою руку и поднимается с места. – Это всего лишь ожог!

Как заставить её признаться, что никакая это не метка? Проще оттолкнуть и убежать, только далеко не получится.

Наша обитель – небольшое поселение на вершине высокой горы. Вокруг отвесные скалы и выхода нет, кроме дирижабля, но тот выход уже использован.

– В священной Башне ничего не бывает просто. И встань, когда с тобой говорит глава Совета! – шипит Батья-Ир.

Никак не привыкну к её новой должности. Неохотно поднимаюсь с нагретой циновки и становлюсь на голову выше её, но именно она продолжает смотреть свысока. Ненавижу межранговые пресмыкания.