От создателей Камасутры

Пока она вопила и прыгала на одной ножке, довольная поганка Кити убежала со смехом по коридору и скрылась в комнате.

– Ну, я тебе вечером устрою! – погрозила Галька кулаком захлопнувшейся двери.

Я вновь взялась за уборку, полностью уйдя в свои мысли и совершенно не слушая Галькину болтовню.

Значит, я нахожусь в другом штате. Вне юрисдикции шефа полиции Шиваджи. Скверно! Просто позвонить в местную полицию я и прежде боялась – мало ли на кого нарвусь. Позвонить ему в Гоа я тоже не могла: не знаю кода города.

Но самое скверное, что здесь не ходят поезда и не летают самолеты. А машины у меня нет. Угон же уголовно наказуем. Хорошо бы найти карту, выяснить, сколько отсюда километров до границы с Гоа. Раз Леночка собиралась дойти пешком до Дели, то я вполне могу пройтись до Гоа. Но хотелось бы знать, сколько мне придется топать, запастись продовольствием, водой и заранее проработать маршрут.

Я так увлеклась своими планами, что не сразу почувствовала, как кто-то трясет меня за руку.

– Ну, ты чего, оглохла? За фигом я тут горбачусь? Ты меня слушаешь или что?

– Ой, Галь, прости, я задумалась. Что ты говоришь?

Больше отвлечься от Галькиных излияний мне не удалось. Вскоре она отправилась обедать. Ели девицы в зале, вместе с хозяйкой, Зеленой мымрой и охранниками. Кухарки питались в кухне, а я как низшее существо в местной иерархии принимала пищу у себя в чулане, и то, если дадут.

Как рассказывал наш друг Радж, приготовление пищи в Индии – почти священный обряд, и если поваров нанимают, то только из касты брахманов. И хотя сейчас в Индии касты упразднены, но складывавшиеся веками устои умирают медленно и далеко не везде. Работа же, которую выполняла я, всегда была «прерогативой» касты неприкасаемых. Так что мое положение в этом богоугодном заведении вполне можно себе представить, если даже представительницы древнейшей профессии брезговали садиться со мной за один стол.

Мне вдруг стало как-то обидно. Горбаться на них – заметьте, бесплатно! – в счет какого-то сомнительного долга, спи в кладовке, так еще и кормят тебя, как какую-то дворнягу, из отдельной миски, в грязном чулане. Ну, я вам устрою! Неприкасаемая, значит? Ладно, мне как человеку европейской культуры кастовые нюансы не известны.