Лабиринт

София, отреагировав на угрозы своей старшей сестры, которая сейчас явно не шутила, спешно пошла переодеваться. Не то что бы она испугалась, что её сестра вдруг и вправду переедет на какое-то время к ним. Даже наоборот, если бы это произошло, София только была бы рада. Пусть пару дней или даже недель, да хоть сколько-нибудь, рядом с ней всегда находился бы любящий её и любимый ею человек. Пусть и такой неугомонный, с ядовитым язычком. Но любимый… Её родная сестрёнка, с которой она всегда может поговорить по душам.

Обсудить насущные проблемы. Если бы Милана находилась рядом с Софией в тот момент, когда ей было плохо, физически или душевно, она, Милана, обязательно бы это заметила. И, конечно же, поинтересовалась бы её состоянием и собственно причиной, по которой София неважно себя чувствует. Нет, София вовсе не испугалась "угроз" своей сестры. Просто до неё вдруг, наконец, дошло, что только с ней, со своей любимой сестрой, она может хоть на какое-то время забыть о своих переживаниях. Ведь Милана, зная всю сложившуюся ситуацию, не станет больше говорить ей о Джейке. По крайней мере, София надеялась на это. Не станет ничего расспрашивать. Да и о чём спрашивать? Она и так уже всё прекрасно знала, и понимала. И ничего, кроме как отвлечь свою сестру от всяких мыслей о нём, что Милана и собиралась сделать, больше ничего не хотела.

Минут через пятнадцать София стояла рядом с Миланой, которая в ожидании своей сестры устроилась поудобнее на диване в гостиной и, включив телевизор, уставилась в него так, как будто увидела там что-то необыкновенное.

– Милана, – окликнула София сестру, которая, казалось, кроме телевизора, вообще больше не видела ничего вокруг.

– Сейчас… Секунду… – сказала девушка, даже не взглянув на Софию.

София повернула голову в сторону большого ящика, который так заинтересовал её сестру.

– Ага! Понятно! – улыбаясь, сказала она, – Твой любимый актёр!

– Ага… Правда он красавчик? Мой идеал! – довольно сказала Милана и вдруг вспомнила, зачем она здесь.

Быстро встав с дивана, девушка выключила телевизор и, виновато отпустив голову, повернулась к своей сестре. Она хотела извиниться, но увидев Софию тут же об этом забыла. Легкое тёмно-синее платье до колен и рукавом в три-четверти очень подходило её сестре, как она думала.

– Ну вот! – радостно сказала Милана. – Совсем другое дело! А то была похожа на старуху в трауре…

– Я почти в трауре, – ухмыльнулась София.

– Ну что мы идем или нет? – спросила Милана.