Тишина. История Эдисона Торреса

 – До сих пор не могу понять, как ты могла выбрать для себя такую профессию?! Ты могла бы стать певицей, актрисой, моделью… Да кем угодно! Ты красивая и талантливая! А с моей помощью у тебя вообще не было бы никаких проблем!

– Па… Мистер Гроссман… Сенатор, – Лана чуть наклонила голову в бок. – Пожалуйста, не начинай! Я делала то, что хотела делать.

– Это отвратительно.

– Я знаю. Но это то, чем я хотела заниматься.

– Постой… Ты сказала «делала» и «хотела»?

– Да, я собираюсь уволиться.

– Слава Богу! – всплеснув руками, воскликнул мужчина.

– Вижу, что ты счастлив, как никогда раньше, – улыбнулась Лана.

Мистер Гроссман чуть подался вперёд и посмотрел дочери прямо в глаза.

– Знаешь, как-то не по себе становится, когда думаешь о том, что твоя дочь ковыряется в чьих-то внутренностях…

После этих слов, сенатор откинулся на спинку кресла и скрестил на груди руки.

– Так ты поэтому приехала? – спросил он. – Могла бы позвонить, предупредить.

– Нет, деньги мне не нужны. Того, что ты уже перечислил на мой счёт, хватит мне чтобы безбедно жить ещё лет пятьсот… а вот связи… Да, мне нужен ты и твои связи. Но не для карьеры какой-то певички.

– Ладно, – выдохнул мужчина. – Выкладывай, что ты там задумала. Я знаю этот твой взгляд, и мне он совершенно не нравится.

Лана тяжело вздохнула.

– Да… Уверена, что тебе очень не понравится то, о чём я тебя попрошу, – сказала она.

– Не сомневаюсь.

– Ты наверняка уже знаешь, что мать «Пожирателя»… Мать Торреса находится в психиатрической лечебнице.

– Знаю. И?

– Я хочу оформить над ней опекунство и забрать её оттуда. Ты поможешь мне?

– Боже мой, Лана, зачем тебе это нужно?!

– Это ещё не всё. Скажи мне, Торреса приговорят к смертной казни? Так ведь?

– Ещё бы! Конечно! Он убил больше двухсот человек! И теперь, когда все вокруг знают, что «Пожиратель» это он, уверен, нет ни единого человека, который бы не желал ему смерти!

«Я не желаю… – подумала Лана, – Двести человек… Хм… Конечно, если считать тех, к чьей смерти он не причастен и которых записали на его счёт только лишь потому, что у них отсутствовали языки…»

– Что с ним будет? Его убьют? Или отправят ТУДА? – спросила она.

– Зачем ты спрашиваешь? Ты же сама прекрасно знаешь ответ.

– Просто хотела убедиться.