Шиза

Особенно чистоплотного хозяина возмутили ноги гостей:

– Этюд ту ю мать! Вы кувыркались, что ли, на полу?

– Талдыбай, ты даже не представляешь, как ты прав!

– На улицу все! Быстро! И отряхивайтесь, как следует. Руки не забудьте помыть!

– Яволь, Мальвина Талдыбаевна!

Компания едва поспела к поздравлению президента, выглядывающего из крохотного, похожего на шкатулку, переносного телевизора. Под бой курантов Янка не загадала себе ни быстрого похудения, ни шубы, как у Большой Матери, ни пятёрки на экзамене по живописи, ни поездки в Питер.

Взбудораженная странным, проницательным тостом Цесарского, она вдруг в отчаянии взмолилась: «Господи, скажи, есть ли моя вина в том, что умирают люди, которым я в порыве гнева желала смерти? Почему всегда помню об этом? Почему совесть моя болит? Дай знак! И ещё любви! Дай любви, хоть какой-нибудь!»

К часу ночи объявились Шмындрик с закутанной в одеяло кастрюлькой, Перепёлкин и Армен с джентльменскими наборами: по коньяку и коробке конфет.

Словно почувствовав, что Воплощённая Мечта ждёт его в родимой каморке, с бенгальскими огнями и хлопушками ворвался неистовый аполлоноподобный Хромцов.

– Как это Вы вспомнили о нас, грешных, господин живописец?

– И как Вам только удалось вырваться из лап поклонниц со старших курсов? – посыпались подколки завистливых однокашников.

– Да там Фантомас разбушевался. Всем миром никак не могут успокоить.

– Опять этот придурок с третьего этажа?

– Это кто у вас такой?

– Есть тут один бешеный, Федя-Терминатор.

Как напьётся, так по общаге двери вышибает.

– А потом что?

– Потом плачет, целоваться лезет. Достал!

– Ну, что уж вы так! Он же контуженный, не привык ещё к мирной жизни. А проспится – опять человек.

– Да-а, с кем поведёшься, с тем и наберёшься…

Шмындрик придумал новогоднюю забаву, предлагая всем вынуть из красного мешочка по стеклянному камушку, любой, который понравится на ощупь:

– Это слёзы Деда Мороза, но не от горя, а от радости.

Он услышал про себя анекдот и смеялся до слёз. Каждая слезинка со значением. Удачу принесёт!

Зденке досталось розовое сердечко, сулившее успех в любви, что и так всем было хорошо известно. Талдыбаев вынул из мешка совершенно прозрачный кристалл, означающий чистоту помыслов, а может быть, просто чистоту. Хромцов был вознаграждён ярко-красной звездой триумфатора. Перепёлкин вынул из мешка чёрный полумесяц скандала и дурной молвы.