Свита мертвой королевы

Дон Санчус был симпатичен мне еще и тем, что позволял жить в своем доме глухонемому и почти что ничего не делавшему старому слуге. Мой отец быстро бы нашел ему дело или прогнал со двора. Но дон Санчус, казалось, не замечал того, что его верный Карнелиус все время сидит в углу и смотрит на огонь в камине. Из чего я заключила, что дон Санчус необыкновенно добрый человек.

На следующее утро нас разбудил стук в дверь. Я замешкалась, и более прыткий Андрес понесся к дверям. Под черным, точно ночь, плащом посыльного и перевязью угадывалась кольчуга, на голове был начищенный до блеска шлем, а на боку висел короткий меч в темных ножнах.

Я заметила, что он приехал один и привез с собой оседланную кобылку.

Вежливо осведомившись, дома ли дон Санчус, незнакомец дождался его внизу, сидя на отчищенной вчера скамье и оглядываясь по сторонам. Отчего я сделала вывод, что в этом доме он находится впервые и, скорее всего, недоумевает, за какие такие провинности его послали к господину, дом которого выглядит столь скверным образом.

Впрочем, посыльный ничем не выдал своих чувств, когда к нему спустился дон Санчус. При виде барона он тут же вскочил с места и, резко поклонившись, точно вколотив одним махом гвоздь в пол, подал письмо, оставаясь в согбенном положении все время, пока наш хозяин не прочитал его.

– Мой милый Ферранте, – позвал меня наконец дон Санчус, подслеповато озираясь по сторонам.

Я подошла, склонившись перед ним в поклоне придворного.

– Мой милый Ферранте. Право же, несправедливо с моей стороны сразу же загружать тебя работой, но, видно, таковы обстоятельства.

Я срочно должен выехать в Касерес с этим господином, – они одновременно поклонились друг другу на придворный манер, при этом дон Санчус лишь склонил голову, как кланяется король своим подданным, посланец же отвесил глубокий поклон, точно слуга. – Тамошние власти хотят, чтобы я помог им в решении одного запутанного дельца. Тебя же, мальчик мой, я оставляю здесь за старшего. Не обижай моего верного Карнелиуса и, что бы ни случилось, не заходи в мою лабораторию. Все остальное в твоем распоряжении. Понятно? – он похлопал меня по щеке. – Надо же – ты еще не бреешься…

Я покраснела, хватаясь за подбородок.

– Никаких особых распоряжений не будет, ты уже имел возможность осмотреть дом и сам найдешь себе дело, – с этими словами дон Санчус поднялся к себе наверх и вскоре вышел, будучи одетым в дорожное платье.

На мою ладонь лег толстенький кошелек с монетами.