Волшебная хижина Мирей

– В шатре ни слова, и ты, Рейли, я вас знаю, начнёте ехидничать, – предупредила Амели, сложив брови точь-в-точь как отец, окинула нас суровым взглядом.

– Хорошо, – разом проговорили я и Рейли, обречённо вздохнув, склонились в три погибели, прошли в повидавший жизнь шатёр. Тотчас невольно замедлили шаг, увидев страшную, сгорбленную старуху, которая, поводив своим огромным, на пол-лица, носом, пробасила:

– Садитесь, всё вам расскажу.

– Спасибо, – обрадованно воскликнула Амели, незаметно, но довольно болезненно толкнув локтем меня в бок, устремилась к жуткой старухе.

У ведьминого стола сестрица изящно присела на колченогий табурет, будто усаживалась на вальтарское кресло, рядом разместились мы и, как и обещали, принялись молча слушать. И надо отметить, ведьма говорила складно, описывая моей заворожённой сестре её будущего красавца жениха. И всем он был хорош: богат, красив, статен и непременно будет любить Амели больше собственной жизни. Даже я заслушался, да и Рейли жадно внимал старой ведьме. Но старуха ведьминские чары не применяла, это я на всякий случай проверил.

– А теперь ты! – вдруг воскликнула сестрица, ткнув в меня пальцем, – скажите, уважаемая, какая у него будет жена.

– Нет! Амели, мы так не договаривались, да и знаю, какая у меня будет жена, – остановил разошедшуюся девушку, – спасибо, сколько мы вам должны? Гилт? Вот пять и спасибо.

– Джеймс! Стефания скучная, противная и злая, – снова начала сестрица, с первой встречи невзлюбившая мою невесту, – и пока договор не подписан, давай спросим у ведьмы, может, тебе другая предначертана судьбой.

– Амели…

– Джеймс, ты же всё равно не веришь во всё это, давай просто послушаем, – ехидным голосом проговорила мелкая и, судя по решительному взгляду, не собиралась покидать этот шатёр.

– Хм… Джей, что тебе, давай послушаем, мне тоже интересно, – поддержал сестру Рейли, издевательски скалясь, – может, ведьма расскажет тебе о Стефании, и Амели прекратит на неё ворчать.

– Но после этого, даже если ведьма не назовёт Стефанию моей судьбой, ты больше ни одного дурного слова не скажешь о моей невесте.

– Ладно, – слишком быстро согласилась сестра, довольно улыбнувшись. Но как я не вглядывался в лицо хитрюги, не заметил подвоха.