Демоны города масок

Пара мгновений, и мое правое запястье проткнул второй кинжал. Боль разнеслась по телу, заплясала языками колдовского пламени. Особый металл разрывал рану, причинял страдания, которые заставляли меня молить о смерти.

– Неужели я вам не нравлюсь, Амаль Кахир? – прошептал подонок мне на ухо и вдруг прильнул губами к моим губам. Я хотела укусить его, вцепиться намертво и разорвать его плоть, словно бешеный пес, но не могла – рот не размыкался, будто кто-то сшил его крепкой нитью.

Обжигающая пощечина обрушилась на меня, но не могла сравниться с болью, доставляемой особыми кинжалами.

– Не хочешь меня целовать?! Я тебе противен?! Ты тоже противна мне до рвоты!

С этими словами ублюдок вновь прильнул к моим губам, но, не дождавшись ответа, схватил меня за волосы и ударил головой о стену. Разноцветные всполохи заплясали перед глазами, почти закрыв от моего взора ненавистное лицо. Пусть он вырвет мне глаза, чтобы я больше никогда не смогла смотреть на него!

– Несговорчивая? Неужели не хочешь спасти его?

С этими словами окровавленная рука предателя развернула мою голову вправо, и я узрела распятого на стене Беркута, чье безвольное тело истекало кровью.

Он хрипел и стонал от боли, а по щекам текли дорожки слез. Моя душа рвалась к Михелю, но тело не шевелилось, а губы не размыкались для крика.

– Попробуем снова? – Я не пошевелилась. – Нет? Так тому и быть.

С этими словами предатель вынул из ножен меч и сделал несколько шагов к Беркуту. Еще миг, и голова Михеля покатилась по полу прямо к моим ногам.

Обезглавленное тело обвисло на стене, все еще удерживаемое кинжалами навиров.

Позвольте мне умереть! Михель! Позвольте мне убить этого ублюдка!

– Неужели тебя не взволновала эта картина?

Рука, только что обезглавившая Беркута, схватила мой подбородок и заставила поднять голову. Глаза цвета дерьма взирали на меня с насмешкой и звериной жестокостью, а губы кривились в том же надменном изломе.

– Покажи мне, как сильно хочешь жить. Мое решение будет зависеть от того, как ты постараешься.

Если же нет, то твоя голова покатится следом.

– Руби… – прохрипела я, приложив последние силы, что сохранились в моем измученном окровавленном теле.

Улыбка предателя стала шире. Он поднял меч, замахнулся и…

Я с криком очнулась, едва не скатившись в костер. Все вокруг спали, но кто-то нежно коснулся моих волос. Я с воплем обернулась. Передо мной на коленях сидела Маура, и на лице ее читалось искреннее сожаление.

– Не кричи. Ты проснулась.