Демоны города масок

Это просто сон, – приговаривала она, продолжая гладить меня по волосам.

Я тряхнула головой, сбрасывая ее ладонь, и закашлялась. В горле ощущалась желчь, а на губах до сих пор чувствовался поцелуй ублюдка. Перед внутренним взором застыла голова Михеля… и моя собственная, уже готовая отделиться от плеч…

– Шесть лет назад Шурале брал с меня такую же плату. Каждую ночь я видела страшные видения, в которых умирали то ты, то Мансур, то я, то мы вместе. Это продолжалось несколько недель, пока хозяин не сжалился надо мной, – призналась Маура.

 – Наши страхи подпитывают его лучше любой другой еды. Когда он наедается, то даже слегка толстеет.

– Ты никогда не рассказывала мне об этом, – пробормотала я.

– Тебе было всего четырнадцать. На твои плечи свалилось управление городом и противостояние совету. Разыгранная смерть и жизнь в Нечистом лесу – мой собственный выбор, и ничей больше. Я не могла возложить на тебя еще и свои проблемы.

– Зато возложила бремя внебрачной дочери воеводы, – процедила я и вновь тряхнула головой в попытке прогнать образ предателя и отголоски боли в запястьях.

Пожалуй, только во сне кинжалы могли быть остры настолько, что проткнули стену.

– Я желала и желаю тебе лучшей доли, чем у тебя была бы, не приворожи я Кахира и не обмани его. Всю свою жизнь ты провела как дочь воеводы, правила городом и имела власть. Ты и сейчас остаешься его признанным ребенком, несмотря на то что знаешь правду. Разве это так плохо?

– Меня пытались убить оба моих брата.

Думаю, это плохо, – фыркнула я.

– Я не могла рассказать раньше. Мне известен твой вспыльчивый нрав, доставшийся по наследству от Мансура. Разве сохранила бы ты эту тайну? Разве продолжила бы притворяться дочерью Кахира? Даже ненавидя Айдана, ты не желала зла Арлану, пока этот тихоня не убил отца, Беркута и едва не убил тебя. Расскажи я правду, ты бы никогда не помыслила о собственном праве на власть над Нарамом.

Я угрюмо покачала головой, с горечью понимая, что Маура права. Поведай она истину раньше, и мне не хватило бы наглости продолжить выдавать себя за дочь воеводы.

Еще пару месяцев назад я бы повинилась перед отцом, мысленно признала победу Айдана и даже поняла бы его ненависть. Сейчас же… он сжег мой дом и моих солдат, Арлан убил Михеля и едва не отправил к Творцу меня саму. Никто из «братьев» не заслужил моей вины. Я была законной дочерью воеводы! Я имела право на власть! И собиралась добиться ее хотя бы в награду за свои страдания.