Леди уходят красиво

А то без нас бухгалтерия не откроется. – Лариса Аристарховна ловко затушила остатки сигареты в видавшей виды пепельнице и выбросила свой пустой стаканчик из-под кофе в мусорный бак.

Варя последовала ее примеру, и они вместе бодро зашагали в сторону маленькой лестницы – бухгалтерия и отдел продаж были расположены на втором этаже салона, рядом с кабинетом генерального директора.

На первом этаже царила суета. Рекламный ролик из огромного экрана телевизора, висевшего на стене, вещал о прекрасной жизни с новым автомобилем.

Алекс и Тимур, менеджеры по продажам, пытались всучить клиенту полный комплект зимней резины и видеорегистратор. И лишь на втором этаже царила странная, тревожная тишина. Шефа на рабочем месте почему-то еще не было.

– Ой, чует мое сердце, что-то будет! – философски заметила Лариса Аристарховна. Распахнув дверь приемной, она с нездоровым интересом впилась маленькими глазками в секретаршу Люсю, ярко накрашенную брюнетку с осиной талией и огромной грудью – результатом ювелирной работы пластического хирурга.

– Ну что, Людочка? Какие новости? Что с автосалоном теперь будет?

– Да кто его знает… – Секретарша неловко взмахнула рукой с изящным маникюром. – Но вы, девочки, на всякий случай вакансии просматривайте. Не ровен час, автосалон объявят банкротом.

– Может, и объявят, а может, и нет, – передернула плечами Варя. – Не нагнетайте. У нас продажи в прошлом месяце довольно неплохие были. Не с чего автосалон банкротом объявлять.

– Надежда умирает последней, – закатив глаза, фыркнула Люся.

Варвара пошла в отдел продаж. Села на свое рабочее место, загрузила компьютер и проверила накладные. Нет, у автосалона не было проблем с финансами. Более того, последние два месяца стали рекордными по продажам того самого автомобиля, что красовался на экране телевизора. Что-то было определенно не так. Конечно, Люся знает больше, чем надо, но молчит, как партизан.

Варе не хотелось, чтобы шеф уходил. Ей нравилось работать с Николаем Игнатьевичем.

Это был непритязательный, добродушный мужчина. Ему было немного за пятьдесят. Он был душкой и примерным семьянином. Николай Игнатьевич в Варе души не чаял. Она была его правой рукой, и только ей он доверял в рабочих вопросах, как самому себе. Потерять такого начальника было настоящей трагедией.

Ближе к обеду стало ясно, что Люся с мрачным прогнозом оказалась ближе всех к истине. Николай Игнатьевич созвал немногочисленный персонал в свой кабинет.

Пришли все.