Бандитский причал

Она и приютила русскую у себя в квартире на первое время. Даша сразу решила – аборт делать не станет. Только и оставить малыша никак нельзя. Если найдут ее русские родственники, сразу поймут, от кого ребенок.

Через семь месяцев в родильном доме на окраине Парижа родился мальчик. Амели помогла с приемной семьей, которая согласилась воспитывать малыша за деньги. Протолкнула на кастинг, чтобы едва восстановившаяся после родов Даша смогла получить выгодный контракт.

Так и жили. Днем красивая русская модель блистала на подиумах, вечера проводила на светских приемах, а ночами давилась горькими рыданиями.

Не было больше рядом Михаила Воронова. И даже прижать к сердцу их общего сына, как все матери, Даша не могла – боялась, что ее рано или поздно найдут стервятники мачехи.

На одной из вечеринок Даша встретила Михаэля Прежана. Михаэль был поражен ее красотой. Завороженный цветом голубых глаз, влюбился, как мальчишка. По злобной усмешке судьбы звали нового жениха Дарьи точно так же, как и брошенного в страшную русскую тюрьму Михаила Воронова.

Она ждала свадьбы с Михаэлем. Мечтала об одном – забрать, наконец, сына из приемной семьи.

Да вот только теперь Даша снова одна. Носит траур по погибшему от рук террористов жениху, а по выходным украдкой звонит в Париж – узнать, как поживает ее маленький сын. Переводит приемной семье почти все гонорары от съемок, чтобы маленький Даниэль ни в чем не нуждался.

А Ворон, надо же, вырвался из адского плена. Как-то он говорил ей, что заговоренный.

Что не возьмет его насильственная смерть. Не взяла.

В израненном сердце девушки медленно разливалось тепло. Он жив и свободен. А значит, еще не все потеряно.

Вот и нужная станция. Даша заторопилась в сторону сверкающей окнами высотки, где снимала квартиру.

Поднялась наверх, разделась. Быстро набрала номер парижской семьи, в которой воспитывался Даниэль.

– Добрый вечер, мсье Антуан, – сбивчиво на французском языке заговорила девушка. – Как там мой малыш?

– Все хорошо, мадемуазель, все хорошо… Даниэль заговорил.

Уже, как-никак два и семь. Большой мальчик.

Совсем рядом в трубке послышался заливистый детский смех. Сбивчивый лепет на французском.

– И какие слова он говорит? – с замирающим сердцем поинтересовалась Даша.

– На днях в парке он увидел маленького щенка лабрадора. Собака произвела на него неизгладимое впечатление. И он начал говорить… Щенок. Собака. Хочу.

– Щенок, значит, – сглотнула ком в горле девушка.