Порочная страсть на двоих

А завершится торжество салютом в ее, Лизоньки, честь. И пусть Борис кусает локти, сколько угодно, от того, что у него нет сына. Главное, что Глеб Сергеевич на ее, Марии, стороне.

Глава 6

Субботним утром Макар вышел на кухню.

– Мам, скажи мне, сколько денег нужно тебе на лекарства!

В этом доме всегда, сколько он себя помнил, вставали рано. Но это и хорошо, что они рано встают. С сегодняшнего дня он должен привести себя в форму. Жесткие тренировки в спортзале снова в силе.

– Брось, Макарчик, не нужно мне пока ничего, – покачала головой мать.

Она варила кофе в любимой кофеварке еще старинным способом, на огне, и следила за гущей, чтобы та не убежала.

Он нахмурился.

– Ты меня совсем не любишь, да?

– Что ты, Макарчик, очень люблю… Поэтому и не хочу, чтобы ты мне деньги давал.

Он положил на стол четыре пятитысячных купюры.

– Этого пока хватит?

– Ты где их взял? – испугалась мать.

– На новой работе задаток дали, – отмахнулся он. – Работа хорошая, как раз по моему профилю, кости ломать.

– Нехорошо это, кости ломать, – буркнула мать.

– Нехорошо, да. Но платят отлично.

Из своей комнаты высунулась Тома. Макар посмотрел на ее потертый халатик с оторванным карманом, и стало горько.

– Тома, я в спортзал. После тренировки за тобой зайду, в торговый центр сходим. Купим тебе новые шмотки.

– Правда?! – недоверчиво сжала потертый пояс от халата сестра. А глаза зеленые тут же загорелись радостью.

– Правда, – скользнув взглядом по ее неудачно выкрашенным волосам, фыркнул Макар.

 – Все, опаздываю. В спортзале, насколько помню, в девять тренировка начиналась всегда.

Он подхватил спортивную сумку и быстро вышел из дома. Мать, прикрыв рот рукой, с тревогой смотрела ему вслед. Сердце оборвалось. Нехороший путь выбрал Макар. Не платят на обычных работах такие большие задатки.

Но слишком много раз его предавали, слишком часто он был на волосок от смерти, чтобы в той же роли оставаться. «Я пробьюсь. Пробьюсь через голову Загорского и верну своего сына», – пообещал себе он.

В спортзале его помнили даже три года спустя.

– Гончаров вернулся! – застыв на миг в любопытстве, завопил во все горло еще один отцовский воспитанник из детдома – рыжеволосый Кирик.

Все обернулись. Макар поставил спортивную сумку на лавку, неловко улыбнулся. Когда-то они дружили втроем – с Кириком и Костей. Учились в одном классе, вместе ходили на тренировки. Почти одновременно защитили свои пояса. А потом… Макар поник.