А в Ростове снова дожди

Но Владимир Ветров – совсем не тот мужчина, который сможет это дать. С ним ты никогда не обретешь свое счастье.

– Позволь мне самой решать, кого любить! – раздосадованная, что мать так легко разгадала ее чувства, выдернула свои руки Вика.

– Ага, мы это уже проходили, – передернула плечами мать. – Думаешь, я в твоем возрасте думала по-другому? Нет! Я так же сильно хотела любви, рыцаря на белом коне… Итогом стало бремя матери-одинчоки. Нет, я ни в коем случае не жалуюсь. Ты – мое самое большое счастье.

Юлия хмуро отвела взгляд в сторону. Куда ей понять в этом возрасте! В двадцать лет все одинаковые. Летят как мотыльки на свет, на кажущуюся светлой и чистой любовь. А потом в дверь стучится печальный финал с двумя полосками на тесте.

– Не проецируй на меня свои сценарии! – расстроилась Вика. – Что бы ни случилось в моей личной жизни, я должна пройти через это сама.

– Хоть советы давать можно? – понимая, что, переубеждая дочь, добьется только еще большего непонимания, подкатила к потолку глаза мать.

– Можно, – согласилась девушка.

– Ну, уже хоть что-то. Выкинь из головы этого Ветрова, мой первый совет. А второй – собирайся, поедем в Таганрог.

Спустя час Вика стояла у двери. Она не забыла покормить рыбку, оставила малышке свет в аквариуме и ушла из квартиры вслед за матерью, чтобы провести остатки майских праздников в пригороде Таганрога.

– Какие у тебя духи! – учуяв в воздухе терпкий аромат яблока и апельсиновой цедры с примесью бергамота, оживился Егор. Он уже успел развести огонь на мангале. – Давай, дорогая, сначала мясо, а следом лук и грибы, мне нужна помощь!

Вика остановилась и впервые в жизни посмотрела на мать и Егора со стороны. Взрослая женщина и молодой безвольный мужчина, позволяющий собой управлять. Неужели такое подобие настоящего счастья и есть высшая форма любви? Вике казалось это неправильным, но она лишь махнула на мать и отчима рукой и прошла в дом.

На порог выбежала Люси. Заметив хозяйку, отчаянно залаяла, завиляла хвостиком и полезла ласкаться. Подхватив болонку на руки, девушка поднялась по деревянной лестнице на второй этаж и вошла в свою комнату.

В ее обители ничего не изменилось.