Ваш кофе, босс!

– Нет у нас бабушек! Только старший брат моего мужа, но он ни за что не станет нам помогать! Он и его жена сделали все, чтобы после смерти Олега наша с Яриком жизнь превратилась в непрерывный кошмар!

Калинин сел напротив меня и озадаченно потер гладковыбритый подбородок.

В кабинете воцарилось неловкое молчание.

Я сидела, уткнувшись в свои руки и все не решалась поднять глаза.

– Вы ведь… уволите меня, да? – чувствуя, как желудок скручивается в тугую пружину, прошептала едва слышно.

Он посмотрел на меня и тяжело вздохнул.

– Требование о детях в резюме выставил совет директоров. Вы же понимаете, у нас холдинг! Я не единственный его владелец. Совет директоров очень негативно относится к сотрудницам, у которых есть маленькие дети. Малыши часто болеют, а мы не имеем права не давать больничный. В итоге весь рабочий процесс катится сами знаете, куда.

– То есть, у меня нет никаких шансов остаться на рабочем месте? – совсем поникла я.

– Почему же? Мне нравится ваш подход к работе, и за три месяца вы ни разу не получили замечания.

Другого такого сотрудника будет сложно найти. Но, если хотите остаться, совету директоров лучше ничего не знать о том, что у вас есть сын.

– А как же сегодняшний банкет?

– На банкете будет достаточно красивых сотрудниц и без вас. Более того, я уверен, что Раиса Николаевна возьмет Галицкого в оборот, не оставив вам ни единого шанса.

Он взглянул на меня и вдруг усмехнулся.

– Кажется, она тоже мечтает выйти замуж за миллионера.

Я подняла глаза и робко улыбнулась.

Он решил пошутить? Мне не показалось?

– Идите за ребенком, Вера. На банкете мы, так уж и быть, справимся без вас.

– Спасибо! Вы даже не представляете, как меня выручили… – вспыхнула я. Поднялась со своего места, и вдруг вспомнила о странном письме.

– Максим Викторович! Там… на корпоративную почту пришло личное письмо на ваше имя. Я его переслала, на нем была пометка «срочно».

– Что за письмо? – нахмурился босс. – Подождите, там может быть нечто важное…

Я застыла у стола.

Калинин открыл в компьютере почту и принялся читать письмо. Выражение его лица внезапно изменилось, и мне стало не по себе.

– Что-то случилось? – испугалась я.

– Нет-нет, – рассеянно отозвался он. – Ничего такого, что могло бы вас задержать. Идите за сыном.

– Может, вам нужна помощь?

– В таких делах помощь не требуется.

В его глазах отразилась горечь, и он поспешил отвести взгляд, как будто не желал, чтобы я видела его отчаяние.