Миллиардер (не) ее мечты

– Еще какой! – осторожно поглаживая ее по спине, согласился я.

Но она больше не смотрела на меня: видимо, обиделась на мой грубый выпад.

Я прочистил горло и продолжил:

– Даже если бы я очень хотел, то не смог бы сесть за руль: с обеда во мне слишком много алкоголя, а моя машина осталась в яхт-клубе. Прости, детка, сегодня я не твой рыцарь в доспехах. Придется тебе провести остаток вечера в компании родственников. Но обещаю, что завтра доставлю тебя в любой конец города. Только скажи, куда за тобой заехать.

– Для тебя уж точно не будет никакого завтра! – фыркнула она.

В моем взгляде вспыхнул опасный огонь.

– Уверена?

– На все сто процентов!

Песня внезапно оборвалась, и я нехотя выпустил ее из объятий.

Гордо вскинув голову и покачивая округлыми бедрами, она уверенно двинулась к своему столику, оставив меня на танцполе сгорать от нереализованного желания взять ее прямо здесь.

– Это что сейчас было, Макар?! Зачем ты пригласил на танец эту девушку? – Илона ошеломленно смотрела на меня, и бриллианты на ее шее сверкали праведным гневом.

Я развел руками и придвинул к себе появившийся на столе коньяк.

– А почему бы и нет? – буркнул невесело.

– Кажется, кого-то грубо отшили? – хохотнул Иван. – Это все потому, что ты не придерживаешься вегетарианства.

Я сверкнул в его сторону полным ярости взглядом. Наградил же папа меня сводным братцем!

– Она здесь не одна, а с семьей! Чуешь, чем попахивает твоя очередная выходка?! – Голос Илоны продолжал звенеть возмущением.

Я с усмешкой послал ей воздушный поцелуй.

– Илона, ты зря меня позвала: я никчемный генератор идей для весеннего бала.

– Скажи ему, Демид! – повернувшись к отцу, взмолилась мачеха. Тот как раз отправлял через ноутбук очередной документ своему помощнику и лишь бросил в сторону супруги раздраженный взгляд.

Я досадливо взглянул в сторону столика, за которым сидела зеленоглазая развратница. Она таращилась на свой аккуратный маникюр и едва дышала. Даже отсюда мне было заметно, как подрагивали ее плечи.

Кажется, родня была готова растерзать ее за глупую выходку с танцем. Но больше всех в ярости был предполагаемый жених. Да, я угадал: у него были серьезные виды на девчонку, а я все испортил.

Что ж, раз сегодня такой гадкий вечер, отчего бы не испортить его окончательно? Подхватив со стола один из маркеров, которыми Илона и ее тетушка делали пометки в деловых блокнотах, я выдернул из салфетницы бумажную салфетку.