Враг семьи

Я набрала в легкие побольше воздуха, загадала желание: «Стать свободной, как Марта!» и с силой дунула на яркие огонечки на восковых цифрах.

Мы с Мартой по очереди зачерпнули ложками торт. Он оказался очень вкусным. Клубничный крем таял во рту, а взбитые сливки были приготовлены в той особой консистенции, когда они воздушны и одновременно держат форму.

Я зачерпнула ложкой еще кусочек, коснулась его губами и вдруг почувствовала на себе чей-то пронзительный взгляд.

Вздрогнув, я подняла глаза, и чудесный десерт потерял свою привлекательность.

Амир Удугов вернулся в ложу и теперь неотрывно следил за моими действиями.

По коже пополз неприятный холодок: его взгляд остановился на моих губах и внезапно потемнел.

Макс Звездный заиграл какую-то потрясающую мелодию, и зал взорвался новой волной визгов и аплодисментов. Я пыталась сосредоточиться на том, что происходило на сцене, но взгляд Удугова ворвался в мой мир, разрушив все очарование момента. Он следил за мной с грацией матерого хищника, готового сделать прыжок и присвоить добычу, и от этого по коже против воли летели колючие мурашки.

Даже на расстоянии я чувствовала Удугова настолько сильно, что было трудно дышать. В какой-то момент мне показалось, что вокруг нет никого, кроме нас двоих, только я и он. Какое странное ощущение… По телу прокатилась волна дрожи. Я вдруг поняла: сегодня он меня ни за что не отпустит. От этого осознания горло сжалось от неясного инстинктивного страха.

Грохот снаружи ворвался в клуб тревожной волной.

Входные двери с треском распахнулись, и помещение заполнили солдаты в касках и бронежилетах. Впереди мелькнул глава городской полиции Роман Мардоре – тот самый статный мужчина с холодным взглядом серых глаз, который посетил мероприятие отца. Я испуганно вжалась в кресло: о жестокости и непреклонности Мардоре ходили легенды. В округе не было человека страшнее, чем он.

– Всем оставаться на своих местах! Не двигаться! Это полиция! – обрывая чарующую музыку Макса, раздался его властный голос.

Приказ «Не двигаться!» вызвал шквал сопротивления. Люди начали вскакивать со своих мест, пытаясь пробраться к выходу.

В центр зала полетели дымовые шашки.

«Боже, это же люди отца! – запаниковала я. – Если меня обнаружат здесь, мне конец!»

Дикий Берег славился не только прекрасными видами. Здесь сконцентрировалась весьма неоднозначная публика. Средоточие власти и огромных денег в руках у прожженных бандитов открывало им безграничные возможности.