Я выбираю тебя

Джем бабушка заготавливала сама – это было ее единственное увлечение в кулинарии, крутить различные варенья на зиму. Любую другую купорку она не признавала. К чему трудиться, если в последние годы этого всего полно на рынке? А вот хорошего варенья в супермаркете не купишь, это точно.

– Ух, ты, клубника! – радостным возгласом ознаменовала свое появление на кухне Настя. Она уже успела переодеться в длинный теплый халат неопределенного цвета и не по сезону пушистые комнатные тапочки с кроличьими ушами. Других, более летних тапок в прихожей девушка не обнаружила, и ей ничего не оставалось, как надеть имеющихся в наличии пушистых кроликов.

– Она же вся на нитратах! – возмущенно заглянула в кухню проходящая мимо Полина Анатольевна в черном кимоно и на этот раз без очков. – Тебя высыпет!

– Не высыпет! – весело подсела к столу Анастасия.

В одной из многочисленных сумок Полина Анатольевна нашла свой венецианский сервиз и бережно выставила оберегаемую семейную реликвию на кухонную тумбу.

– Мам, ты зачем такой хороший сервиз достала? – озадаченно покосилась на хрупкий фарфор Настя.

– Чай пить. – Довольно улыбнулась мать. – Я теперь начинаю новую жизнь, и хочу, чтобы она была наполнена красотой.

– А сервиз-то здесь причем? Я помню, ты собиралась отдать его мне в приданое?

– А, купим тебе еще один. – Махнула рукой Полина Анатольевна.

В кухню вошла бабушка со второй банкой варенья из кладовки.

– Поля, ты с ума сошла! – воскликнула бабуля. – Ну, зачем же такую красоту доставать?

– Надо же хотя бы раз из этого сервиза чаю попить! – с любовью погладила Полина Анатольевна свое сокровище.

 – Он в серванте пятнадцать лет простоял!

– Так это же, наверное, антиквариат! – восхищенно вытаращилась Настя на витиеватые кружки цвета слоновой кости. – Интересно, сколько за него дадут в антикварном магазине?

– Эй, эй, я тебе дам, антикварный магазин! – загородила собой гору кружек с блюдцами мать. – Мое добро!

Бабушка деловито откупорила варенье из инжира и выложила его в красивую хрустальную вазочку.

Чайник на электрической плите засвистел, сигнализируя домочадцам о готовности, и Полина Анатольевна осторожно засыпала заварку в свой витиеватый чайничек.

Бабушка, не церемонясь, расставила кружки с блюдцами на стол.

– Не уж то, мы одни остались? – присела она на табуретку возле плиты и подперла рукой подбородок.

– И что в этом плохого? – вскинулась Полина Анатольевна, разливая заварку по кружкам.