Солнечный луч. Дорогой интриг

 – И я бы так непременно и поступила, но с некоторых пор я могу разговаривать с вами только на таких вот встречах. Когда же мне обращаться к вам, если в остальное время у вас находятся дела более важные, чем беседы с вашей родственницей?

– Я буду навещать вас чаще, – ответил король. – Теперь пройдите к вашему месту, и мы наконец позавтракаем.

– Ваше Величество, – учтиво склонила голову герцогиня, а мы вновь присели в реверансе.

Уже продолжив путь, я не удержалась и скосила глаза – государь провожал нас взглядом.

А когда мы рассаживались, герцогиня посмотрела на меня и улыбнулась, и я осознала, что все наши задержки были не чем иным, как сознательным желанием опоздать на завтрак. Именно ради этого момента, когда мы шли по зале под взглядами придворных и короля, было затеяно представление с украшениями и головной болью. И эти ее воспоминания имели лишь одну цель – потянуть время. Должно быть, и эта сцена с прилюдными жалобами была устроена, чтобы затащить к себе царствующего племянника. Оставалось ждать, что из всего этого выйдет.

Коротко вздохнув, я принялась за завтрак. Дядю я пока не увидела, хотя была уверена, что он тоже где-то здесь. Вытягивать шею было неприлично, и я оставила попытки поздороваться с главой своего рода. Но был еще один человек, на которого мне хотелось поглядеть – герцог Ришем. Его невестку я рассмотреть успела, а вот его нет, даже не представляла, как он выглядит. Однако он тоже должен был находиться в трапезной зале, значит, оставалось ждать, когда мне его покажут.

По окончании завтрака Его Величество первым покинул залу. Под одну руку его держала графиня Хальт, под другую принцесса Селия. За ними направились фрейлины Ее Высочества. Придворные поднялись с мест, провожая их, осталась сидеть только герцогиня и… мы. А как иначе? Мы тени нашей госпожи, и если она не пожелала встать, провожая какую-то графиню, то и ее фрейлины остались сидеть. И лишь когда двери за королем закрылись, ее светлость поднялась на ноги. Уходили мы так же, как и вошли, под взглядами придворных.

Некоторые не успели сесть на прежние места или же намеревались уйти, в любом случае нас тоже провожали стоя.

Дядю я все-таки увидела. Он поклонился герцогине, а после улыбнулся мне, я ответила ему улыбкой, уже не скрываясь. Радость от встречи с главой рода я таить не собиралась. У меня на это было полное право. Но вскоре мы покинули залу, и ее сиятельство объявила:

– Хочу прогуляться, – нам оставалось лишь последовать за ней.