Солнечный луч. Дорогой интриг

Герцогиня немедленно перевела взор на Селию, а я увидела, как досада скользнула одинаково по лицам короля и его фаворитки, потому что ее светлость провоцировать не стоило:

– Дорогая моя племянница, – с искренним интересом полюбопытствовала моя покровительница: – Вы восприняли мои слова как оскорбление вашей подруги? Селия, душа моя, я столько раз учила вас не сравнивать людей с животными. Кем бы вам ни казалась графиня Хальт, но не стоит говорить этого прилюдно. Ужасно неприлично, – и ее светлость удрученно покачала головой.

И уже после этого посмотрела на фаворитку. – Ваше сиятельство, не почтите за оскорбление слова Ее Высочества. Она просто еще юна и наивна.

До нас долетели тихие смешки со стороны всадников, оставшихся за спиной короля. Селия, осознав, что сама позволила герцогине воткнуть в графиню уже не шпильку, а копье, судорожно вздохнула.

– Это ваши фрейлины – собаки, – отчеканила пунцовая от досады и злости принцесса. – Особенна та рыжая…

– Тише, дитя мое, тише, – предупреждающе произнесла ее светлость.

 – Вы можете возить своих фрейлин в грязи сколько угодно, но моих не смейте трогать даже мыслью. К тому же для вас, дочери и сестры государей Камерата, стыдно вести себя, как простолюдинка, позволяя себе непростительную грубость.

– Вы грубите… – начала принцесса, но ее одернул брат, уставший слушать брань родственниц.

– Молчать, – негромко произнес он, но тон государя был таков, что, кажется, даже лошади перестали фыркать. – Ваша светлость, ваше пожелание удачи принято.

После мы поговорим с вами особо. Теперь присоединитесь к остальным дамам, если, конечно, хотите принять участие в пикнике. Если нет, я вас пойму и не осужу.

– Отчего же, – ответила герцогиня, сияя жизнерадостной улыбкой, и в этот момент я была искренне восхищена своей госпожой, которая, оскорбив графиню в ответ на ее насмешку, еще и отчитала племянницу за недостойное поведение. – Это первый пикник в этом году, и я собираюсь им насладиться.

– Разумеется, – на лице государя не дрогнул ни один мускул, и все-таки от едкого замечания он не удержался: – У вас есть время переодеться и… – он скользнул взглядом по мне, – привести себя в порядок.

– И кто же, Ваше Величество, по вашему мнению, здесь не в порядке? – полюбопытствовала ее светлость. – Вы столь часто и пристально смотрите на одну из моих фрейлин, что я делаю вывод – вы недовольны баронессой Тенерис. Шанриз, дитя мое, – она не глядя поманила меня, и я послушно подъехала.