Наваждение. Тропою Забытых

С ним был лишь один охранник, и слуга Тимас Лерс, покинувший обитель после короткого появления здесь, вновь исчез.

– Творится что-то… странное, – сказал один страж другому. – Старший инквизитор Гурннис, потом его слуга Шейм, теперь вот это…

– Да-а, – протянул второй страж. – Как-то неспокойно.

– Угу, – промычал первый. – Не нравится мне всё это.

– Никак на братьев охота идет?

– Тогда охотятся сами братья… – страж многозначительно замолчал, указывая взглядом в сторону карцеров. – Вот где был господин Никс, когда убили инквизитора Гурнниса?

– С их работенкой и тронуться недолго, – покачал головой второй страж и протяжно вздохнул.

Старший инквизитор Виллор, бросив поводья своего коня заспанному конюху, кратко произнес:

– За мной, – и Горт, перестав украшать собой седельную суму, спрыгнул на каменные плиты, на лету приобретая четкость очертаний. Потянулся и зашагал за хозяином, горделиво вскинув голову.

– Ваше благородие… – позвал Моли.

– Отдыхай, Лерс, заслужил, – ответил ему Эйдан, не оборачиваясь, охранник ему был не нужен.

– Может я чем помогу? – все-таки крикнул вдогонку воин.

– Если мне будет нужна твоя помощь, ты узнаешь об этом первым.

– Как скажете, – ответив, Моли склонил голову вслед Виллору.

Но тот уже не слышал последних слов охранника, как не видел его поклона. Эйдан вернулся к стражам.

– Кто привез Никса?

– Магистр Линис, брат…

Виллор отмахнулся и направился к карцерам.

Как старший инквизитор, он имел доступ в карцер и допросные камеры. Эйдан пересек двор и остановился перед железной дверью. Страж, охранявший арестанта, удивленно поглядел на шейда.

– Открывай, – велел ему Виллор.

– Так ночь… Арестованный спит…

– Мне. Плевать, – разделяя слова, ответил Эйдан. – Открывай.

– Разрешение магистра…

Шейд наклонил голову, взглянул на стража исподлобья и повторил с ноткой металла в голосе:

– Открывай.

– Ну, как знаете, – невольно зябко поежился страж.

 – Но магистру Линису…

– Отправь к нему кого-нибудь с докладом, – отмахнулся Виллор. – Можешь сказать, что я натравил на тебя Горта, приставил нож к горлу, что угодно, мне, – он вновь посмотрел на стража и усмехнулся, – плевать.

Этого хватило, чтобы определить степень злости старшего инквизитора. Страж прекратил спор и, звякнув связкой ключей, открыл замок. Шейд толкнул дверь и вошел в сумрачное нутро казематов.