Пока не погаснут звезды

За спиной кашлянул Нестор, напоминая, что орбита планеты все ближе, а личный код все еще не введен.

– Менсаро Гротерро, предлагаю поговорить приватно, сейчас нас слишком многие слышат, – с легким намеком произнесла я. – Примите мой личный код, пожалуйста. Боюсь, как бы нам не попасть под пушки ваших орбитальных сторожевиков.

– Да-да, разумеется, – менсаро деловито кашлянул. – Вводите код, разрешение на посадку появится через секунду.

Я благодарно поиграла камешками на кулоне, вызвав этим нехитрым действом сглатывание аривейца, и ввела код, выданный мне для этого полета.

Аривею я посещала раз в двадцатый и все злачные местечки на ней знала получше аборигенов, но это был мой маленький секрет. В общем-то, я могла обойтись и без этого цирка. У меня были вполне официальные данные для Планетарной службы, ничего секретного, просто немного развлеклась.

– Как я могу связаться с вами, госпожа Джонсон?

Теперь я с интересом рассматривала менсаро Гротерро. Ничего, очень даже ничего, вполне себе привлекательная озабоченная особь.

Почему бы и нет? Я отправила ему номер своего сендера, улыбнулась напоследок и покинула капитанский мостик. Спину мне прожег взгляд Эла. Мелочи, с ним мы можем поиграть на обратном пути, переживет.

Я вышла в коридор, освещенный белым светом невидимых светильников, остановилась недалеко от двери и прижалась спиной к переборке, на мгновение прикрыв глаза. Перед внутренним взором встал мягкий ковер из зеленой травы, пестрившей цветами. Слуха коснулся тихий плеск речных волн и негромкий мужской шепот:

«Лисеныш…»

– Пошел ты, – проворчала я, открыла глаза и стряхнула наваждение.

 – Убирайся из моей головы.

Сердито поджав губы, я вернулась на свое место в общем пассажирском салоне. В каюту идти не хотелось. Усевшись в кресло, я перевела взгляд в иллюминатор. Лайнер уже проходил орбиту Аривеи, значит, скоро будет посадка, и я смогу ощутить дуновение ветра, который прогонит все лишние мысли, которые разрушают тщательно отработанный образ законченной стервы.

Нет у меня слабостей, кроме себя любимой. Наивная девочка, которой могли с легкостью сделать больно, умерла так давно, что я и сама с трудом вспоминала те времена.

– Неопознанный номер, – равнодушно сообщил сендер.

– Ответ, – машинально среагировала я.

Легкий щелчок оповестил меня, что неизвестный уже на связи. Я молчала, ожидая, что скажет вызвавший меня. Но ответом мне была тишина. Недовольно скривившись, я все же потребовала:

– Назовитесь.