Рик Саттор. Во славу Империи

И, судя по отчаянной жестикуляции, он находился в сильном возбуждении.

Рядом с ним стояла Настя. Она уговаривала отца успокоиться, и у Рика мелькнула мысль, что девушка спешила не столько ради того, чтобы увидеть раскуроченную дверь, сколько к родителю, зная, в каком он состоянии. Она поглаживала профессора по плечу и что-то тихо говорила ему. Как бы там ни было, но Прыгунов начал успокаиваться.

– Папа, давай, – услышал Саттор, и профессор несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.

– Я чуть не взорвался, – пожаловался он дочери.

 – Такое разгильдяйство – уму непостижимо.

– Я же уже сто раз извинился, – раздраженно повторил высокий мужчина, привалившийся плечом к стене.

– Молчите, Шульц, – поморщился Прыгунов, – вы только злите меня своими извинениями.

– Евгений, – Настя бросила на мужчину укоризненный взгляд.

Тот протяжно вздохнул и посмотрел на Саттора. Рику показалось, что в глазах Шульца появилась кровожадная радость, и мужчина вопросил нарочито громко:

– А что здесь делают военные? Опять явились запрещать?

– Что-о? – протянул Прыгунов.

Он резво обернулся и сузил глаза: – Опять?!

– Папа…

– Всем молчать! – рявкнул профессор. Он упер кулаки в бока и направился в сторону майора. – Ну, молодой человек, явились мотать наши нервы? Давайте, доставайте ваши палки.

– Какие палки? – опешил Саттор.

– Которые вы будете вставлять в наши колеса, – ядовито ответил Прыгунов. – Или что у вас? Нож в спину? Втыкайте, будьте любезны! – и он повернулся к майору спиной.

– Папа… – снова попыталась вклиниться Анастасия. – Господин майор…

– Молчи, дочь, – прервал ее профессор. Затем снова развернулся лицом к Рику и подошел вплотную, даже поднялся на цыпочки, чтобы приблизить свое лицо к лицу Саттора. – Ну, и что же вы нам приготовили, молодой человек? Излейте на нас вашу отраву.

– Черт знает что, – выругался майор и сделал шаг назад. – Вам бы успокоительного вместо отравы, господин профессор. Сейчас оно вам нужно больше всякого яда. Глядишь, не требовали бы ножа в спину.

Это больно, знаете ли. А насчет палок в колеса – это вы к своим людям обратитесь. Сканер-то не я забыл.

– Ну, знаете… – начал Шульц, которому грозило возвращение профессорского гнева, но Прыгунов остановил его жестом.

Он заложил руки за спину и надменно произнес:

– Мои люди – не ваша забота, молодой человек. Вы за своими приглядывайте.

– К вашему сведению, мои люди себе подобного разгильдяйства не позволяют, – ответил Рик.