Солнечный луч. По ту сторону мечты

А мужчина из парка?

– Хватит, – проворчала я себе под нос. – Надоело.

Из сумрака донесся тихий шорох, а после вздох. Неясное бормотание указало не того, кто дал о себе знать. Танияр. И мысли изменили свое направление. Теперь мне вспомнились его слова об огне, который оказался моими волосами. Любопытно… Выходит, Отец показал ему мой истинный облик? Или же в том мире забытья, где блуждал умирающий воин, невозможно скрыть правду? Очень любопытно. Надо бы спросить у Ашит, она, наверное, знает. Если расскажет, конечно.

Она ведь упрямая, как килим… И кто такой это таинственный килим? Надо и это спросить…

Это было последней связной мыслью, а потом мой разум угас, и я погрузилась в сон.

– Танияр. Ты словно голодный рырх вынюхиваешь добычу.

– Я просто хотел рассмотреть поближе, – ответил мужской голос.

– Вчера не насмотрелся?

– Нет. – А затем добавил совсем тихо, вряд ли обращаясь к шаманке: – У нее глаза, как молодое лето.

Я посмотрела из-под ресниц и успела увидеть удаляющуюся спину раненого.

После снова смежила их, но тут же вновь распахнула глаза, поняв, что ночь уже закончилась. За окном было светло.

– Уруш, – сурово произнесла мать, и от лежанки теперь с тихим ворчанием отошел турым, ждавший моего пробуждения. Я решила пока «не просыпаться». Послушать, о чем еще будут говорить шаманка и ее гость, было невероятно любопытно.

– Откуда она? – в который раз задал этот вопрос Танияр. – Ведь не из тагана? Я хочу знать, вещая. Ответь.

– Ты смеешь приказывать мне, Танияр? – высокомерно вопросила Ашит.

 – Кто ты, сын Вазама, чтобы приказывать той, чьими устами говорит Отец?

Не выдержав, я повернула голову и увидела, как Танияр опустился на одно колено и склонил голову:

– Прости, Вещая, я не желал тебя обидеть, – произнес он уважительно, но, как мне показалось, без особого раскаяния. Почтение, но не почитание… И я снова прикрыла глаза. – Я просто хочу узнать, откуда пришла Ашити.

– Она – дар Белого Духа, – ответила моя мать.

 – Ашити!

– Да, мама, – машинально отозвалась я и увидела, как она усмехнулась.

Решив не сдавать позиций, я села, потянулась и скрыла фальшивый зевок ладонью.

– Ох, уже день, – делано изумилась я. – Почему ты не разбудила меня раньше?

Теперь усмехнулась не только шаманка, на губах Танияра мелькнула едва приметная улыбка, кажется, меня разгадали. Ну и ладно. Откинув одеяло, я спустила ноги с лежанки.

– Танияр! – рявкнула Ашит.