По горящим следам Серафима

А клон все продолжала шептать, измазывая кровью со своей щеки ухо Арины:

– Мы можем здесь погибнуть, если будем дальше сражаться. А это не наша война. Нам хватит сил, чтобы сбежать из этого мира. Да, будет тяжело, но мы справимся, сможем все забыть, даже родим еще детей. Прими меня, и мы смож…

Возможно, если бы не липкая кровь, что постоянно затекала в ухо Арины со щеки её клона, девушка бы больше прислушивалась… Но вот эта кровь. Арина перевела взгляд на щеку своего близнеца, вспоминая, что ни разу не нанесла удара ей в лицо.

Глубокая царапина от острого лезвия тянулась почти до самого глаза. Такая же царапина, как и у Арины. Уже не обращая внимания на болтовню клона, девушка перевела взгляд на раненное бедро. Клона и потом свое. Раны были идентичны. Проверяя свою догадку, Арина резанула кинжалом, который на удивление умудрилась не потерять во время падения, ладонь левой руки.

Вскрикнув, клон отшатнулась на пару шагов назад.

– Что ты делаешь?! – Закричала в панике клон, зажимая кровоточащий порез на левой ладони.

Не отдавая себе отчета в том, что делает, Арина отложила кинжал и в два касания блокировала потоки чакры в тазобедренных суставах. В тот же миг клон рухнула, как подкошенная, ноги отказали ей. Копия упала в воду, где глубина была лишь по колено, но для лежащего человека и этого было много. Барахтаясь и крича от боли, что приносила открывшаяся рана на ноге, клон вытянула шею и вытащила голову из воды, опираясь лишь на одну здоровую руку.

Арина тоже потеряла чувствительность ног, и рана на бедре открылась, но девушка уже сидела, поэтому ей было легче переносить боль.

– Если умру я, умрешь и ты! – Хлебая воды, крикнула клон из воды.

Арина в тишине подняла кинжал и приставила его к своей груди.

– Ты показала мне гораздо больше, чем вероятно хотела. Если ты – это действительно я, то лучше очистить мир от нас раньше, чем я стану таким монстром. Если мне не дано спасти своих детей, то лучше я умру сейчас и унесу тебя с собой в могилу, чем будут жить… Нет, чем будешь жить ты.

Не думая ни секунды больше, боясь струсить, Арина размахнулась и вонзила кинжал себе в грудь. Крик клона растаял вместе с ней в тот миг, когда барьер с хлопком исчез, а голова Арины с холодными открытыми глазами коснулась земли…

* * *

Константин сидел в мягком кресле, наблюдая за двумя младенцами, что смело бегали друг за другом, иногда с шлепком падая на пятые точки. Единственная менее мрачная комната во всем замке была личными покоями Владыки.